М е л ь н и к (находит день в календаре). У нас вчера было новолуние?
Л о в и з а. Нет, полнолуние.
М е л ь н и к. Вот как она спит по ночам. Полнолуние, говоришь. Тогда, значит, луна ошибается. (Читает.) Четвертое апреля, второй день новолуния, благоприятен для родов, травли мышей и приема слабительного.
В е в е р к а. А о договорах там ничего нет?
М е л ь н и к. Есть, дальше. Ни при каких обстоятельствах не следует покупать, давать поручительства, ставить подпись.
В е в е р к а. Это не к добру.
М е л ь н и к. Но ведь это все чепуха, наверно. (Захлопывает календарь, идет к мельнице.) Если я гарантирую вам поставки, вы гарантируете мне сбыт?
В е в е р к а. Как всегда.
М е л ь н и к. Заходите. Мадам Дебельн, оставьте на время ваших мух. Я выдам вам квитанцию на один мешок, ведь у вас на руках нет никакой бумаги.
Д е б е л ь н бросает нож вслед Ловизе и вместе с м е л ь н и к о м и В е в е р к о й поднимается на мельницу.
Л о в и з а. Мы ведь хотели пожениться.
Н и к е л ь. Жениться? Это дело не пойдет. Признаюсь, у меня есть физический недостаток, препятствующий браку. Я, знаешь ли, индивидуалист. Терпеть не могу спать вдвоем. Ночью я ворочаюсь во сне, а это делает семейную жизнь невыносимой. Ловиза, я не люблю, когда ты заводишь речь о женитьбе. Мы любим друг друга, мы свободны, какое нам дело до целого света. А если месяц заглянет на мельницу, он не увидит ни колыбели, ни мокрых пеленок, ничего, что напоминало бы о нашей нищете. И ты, когда сидишь на мешке с мукой, не хуже какой-нибудь важной дамы, если на ней ничего нет, а зад у тебя напудрен, вроде как у леди Оглторп.
Л о в и з а. Если б за это не надо было расплачиваться, Никель.
Н и к е л ь. Значит, у тебя будет ребенок. Если так, на меня не рассчитывай.
Л о в и з а. А на кого?
Н и к е л ь. У меня ведь нет почти никаких средств.
Л о в и з а. И ты не хочешь ничем жертвовать? Да?
Н и к е л ь. Я и так из-за тебя пострадал. Сегодня ночью, например, я стукнулся об жернов, и у меня чуть зуб не вылетел, а все от нежных чувств. Ой-ой-ой. Если меня заберут в армию, я не сделаюсь богаче.
Л о в и з а. Мой брат, Симон, иногда присылает мне из армии гостинцы.
Н и к е л ь. Вот и хорошо, что присылает.
Л о в и з а. Но ведь он ребенку не отец.
Н и к е л ь. Заставь старика содержать ребенка.
Л о в и з а. Какого старика?
Н и к е л ь. Мельника.
Л о в и з а. Этого старого хрыча?
Н и к е л ь. Вот именно.
Л о в и з а. Да ведь он не отец.
Н и к е л ь. Но может им стать. Ты меня слушай, я человек опытный, а золотой совет дороже чистого серебра. Пусть мельник тебя обрюхатит, желательно при свидетелях, а потом ты от него уйдешь и заставишь его давать на ребенка.
Л о в и з а. Ах ты скотина. Свинья. Грязная свинья. (Дает ему пощечину и убегает.)
Н и к е л ь (хнычет). Вот он и вылетел. (Вынимает зуб, громко вопит, глядя на него.) Ой-ой-ойойой.
Л о в и з а (возвращается). Подари мне зуб.
Н и к е л ь. Зачем?
Л о в и з а (отбирает у него зуб). Подлая свинья. (Смотрит на зуб, сует его в рот, уходит.)
Пауза.
Н и к е л ь. А я завербуюсь в солдаты. Немедленно.
М е л ь н и к, В е в е р к а, Д е б е л ь н выходят из мельницы.
М е л ь н и к. Гарантированное будущее, господин Веверка? Откуда вы получите такой товар — из райского сада? (Веверке.) Я подпишу договор и принесу его вам завтра утром. Нет худа без добра — сейчас я очень занят: ожидаю господина советника. (Никелю.) Ну, что стоишь. Работай.
Н и к е л ь уходит.
В е в е р к а. Я подожду до завтра.
М е л ь н и к. Премного обязан.
Н и к е л ь приносит большой мешок, уходит.
Черт возьми, какой здоровый детина. В наше время лучше быть хромым, и косым, и от горшка два вершка. Нынче у коротеньких жизнь длинная. А здоровые никуда не годятся. Склонность к героизму — самая дурная болезнь. Теперь матери горько плачут, даже качая дитя в колыбели, если сердце подсказывает им, что сын вырастет героем. А каково хозяину, коли бог наказал его работником, из которого может выйти герой.
Н и к е л ь несет второй мешок.
Ты что — спятил? А если советник увидит, что ты таскаешь такие огромные мешки? (Нежно.) Отдохни, Никель. Сядь посиди.