Б о й е. Флинц, в следующий раз я подброшу тебя на моем АВО. Как дела, Бетти? Учти, ты в моем вкусе. (Посвистывая, проходит мимо и подмигивает Бетти.)
Б е т т и. Больше к нам не приходи! Никогда! (Убегает.)
С другой стороны появляются т р а к т о р и с т ы. Они несут ящики с инструментами. Один из трактористов останавливается и рассматривает мотоцикл.
К а р л. Это не свеча. И не карбюратор.
Тракторист выбирает нужный инструмент и принимается за работу. Карл завороженно смотрит на ящик с инструментами.
Целый ящик инструментов. Полный набор ключей. Торцовый ключ. Раздвижной ключ. Комбинированные клещи. Прямо настоящая мастерская! У меня ушло несколько месяцев, чтобы стронуть с места эту штуковину. Цилиндр я уплотнил. Промасленным картоном. Ножницами вырезал. После работы. Выклянчивал каждый винтик. От всего отказывался. Мать этого не понимает. Она все на кобылу надеется, в машины не верит. Поэтому и договора не заключает с машинно-прокатной станцией. Она говорит, где машины — там недалеко и Вайлеры. А вообще-то мать у меня — мировая! Одно плохо — женщина! С бабами мне не везет. Вообще-то они за мной бегают. Их у меня хоть пруд пруди. Вот только что сплавил одну. Ни черта не смыслит в технике… Это, наверно, от природы. Может, тут дело в величине мозга?
Тракторист окончил работу.
(Нажимает на педаль, машина заводится.) Фантастика! (Склоняется над мотоциклом.)
Тракторист снимает шапку. Ветер развевает девичьи волосы. Девушка легонько треплет Карла по плечу. Тот, оторопев, уставился на нее.
Д е в у ш к а. Все дело в величине мозга. (Смеется и собирает инструменты.)
К а р л (приходя в себя). Вот так машинно-прокатная станция: трактористы — бабы. Между прочим, когда же вы хозяйством занимаетесь?
Д е в у ш к а (смеется еще громче). У нас столовая есть. А я техник.
К а р л. Значит, вы по воскресеньям вкалываете? Вам еще хуже, чем последнему рабочему в городе. Что у вас на станции?
Д е в у ш к а (смеясь). Двадцать пять тракторов. Молотилка. А в следующем месяце получаем три гусеничных трактора. Это вам не кобылы. (Смеется.)
Карл в ярости разворачивает мотоцикл.
К а р л. А что, собственно, вы потеряли в деревне? Мы вот сами себе господа на своем клочке земли. Катитесь в город, откуда пришли. Вы… вы, обозники!
Девушка от смеха не может поднять ящик с инструментами. Карл слезает с мотоцикла и одним махом вскидывает ящик. Девушка сразу затихает.
Техник, тоже мне! (Садится на мотоцикл.)
Девушка садится позади Карла. Слышно как уносится мотоцикл.
Зима. Деревенская улица. Помост для молочных бидонов. На другой стороне улицы автобусная остановка. Около нее Б о й е и Б е т т и. Ф р а у Ф л и н ц, Г о т л и б и О н а ш волокут бидоны с молоком. В рюкзаках у них инструменты для заготовки дров. Появляется м у ж ч и н а на велосипеде в грубошерстной куртке.
М у ж ч и н а. Да возьмитесь вы за ум! Как вы станете хозяйничать дальше? Карл ушел на машинно-прокатную станцию. Он не вернется. У тебя и Онаша вместе — тридцать два моргена земли. А вас всего трое. Вам не остается ничего другого, как подписать договоры с МПС. В последний раз говорю вам — подпишите. (Кладет договоры на помост.)
Ф р а у Ф л и н ц. Не хочу.
М у ж ч и н а. А ты, Онаш?
О н а ш (смотрит на фрау Флинц). Нет.
Идут дальше.
Г о т л и б. А меня даже не спрашивают.
Ф р а у Ф л и н ц. Заткнись!
Г о т л и б. Заткнись. Заткнись. Сколько лет слышу одно и то же. Даже Карл удрал на МПС. И что? Да ничего. Ничего она не поняла. Упряма как коза. Ничего не хочет сделать, чтоб стало хоть чуть полегче. Я всегда тебя слушался, мать. Другие делали что хотели. А мне нельзя даже вечером книгу почитать. Вестфаль, она подпишет договор. Я ее заставлю.
Фрау Флинц разрывает бланки договоров, оставленные Вестфалем.
Ах, ты так! (Снимает рюкзак и кладет его к ногам матери.) Тогда я ухожу. В Лейпциге учат на библиотекарей. Там-то меня никто не станет пилить каждый день: Готлиб, перестань читать. (Уходит.)
В е с т ф а л ь. Парень совершенно прав. Ты неисправима. (Уезжает.)