Р о з и к а (продолжает петь).
Б о р а. Я сегодня же прикажу зачислить тебя на работу!
Р о з и к а. Подбрось меня до дому, сегодня у меня все идет хорошо!
Б о р а. На чем же я тебя «подброшу», если у меня нет машины?
Р о з и к а. Только дура может держаться за мужчину, не имеющего машины!
Б о р а. Как ты неблагодарна! Разве позавчера утром мы с тобой не разбили машину на виадуке? Или ты будешь и в ходе следствия отрицать это?
Р о з и к а. Так то была машина кооператива. А где твоя?
Б о р а. Тебе и моя машина покоя не дает, да? Хочешь, чтобы мы и ее где-нибудь ухайдохали! Но я ведь ее не на улице нашел, она обошлась мне в копеечку! Я же не кооператив!
Р о з и к а (встрепенувшись). Вон идет дядя Ширгич! Заподозрит, если опять нас вместе увидит! (Быстро уходит.)
Б о р а (увидел Селимира, идет ему навстречу). Не так-то просто уйти от беды!
С е л и м и р (входя). И что это вы считаете бедой, товарищ Бора?
Б о р а. Вы ведь знаете, товарищ Селимир… У меня своих забот полон рот, а она… как какая-то ненормальная — все твердит и твердит: давай, мол, выясним отношения во что бы то ни стало! Никак не могу ни угомонить ее, ни образумить. Я себе сказал: дай, мол, заговорю ее, она и забудет. И так, за разговором, слово за слово… Но она мне хороший совет дала!
С е л и м и р. Она дала совет?
Б о р а. Ага.
С е л и м и р. В каком смысле?
Б о р а. В смысле необходимости предпринять наконец акцию…
С е л и м и р. До чего ж вы дожили, товарищ Бора, что советы относительно тех или иных акций подбираете на улице!
Б о р а. Так подсказывает обстановка, товарищ Селимир! Цель оправдывает средства! Надо начинать немедленно, и так: все или ничего!
С е л и м и р. Погодите, товарищ Бора! Речь идет не о хороводе на ярмарке.
Б о р а. Какой хоровод, тут не до шуток! Пришла пора бороться не на жизнь, а на смерть: или я — или Шпира! Для нас двоих нет места под солнцем!
С е л и м и р. Значит, есть что-то новое?
Б о р а. Есть, товарищ Селимир. Даю голову на отсечение, что Шпира использует отходы вместо предусмотренного клиентами и оговоренного в нарядах материала. Вот почему он может выполнять работы дешевле, чем кооператив!
С е л и м и р. Это тяжелое обвинение, товарищ Бора, это уголовно наказуемое дело.
Б о р а. И влечет за собой снятие с работы. Разве не в этом наша цель? До каких пор мы будем терпеть таких?
С е л и м и р. Но если окажется, что человека несправедливо обвинили? Это будет нарушением закона, товарищ Бора! Надежны ли твои источники информации?
Б о р а. Пожалуй…
С е л и м и р. Откуда ты берешь сведения?
Б о р а. Со слов женщин, товарищ Селимир.
С е л и м и р. Не шути с этим, товарищ Бора!
Б о р а. Какие шутки, товарищ Селимир! Неужели вы думаете, что я рисковал бы своим именем? Наоборот! Если хотите узнать что-либо о нас, мужчинах, спросите у женщин! Они нас лучше знают, чем мы сами себя!
С е л и м и р. Речь идет о том, товарищ Бора, чтобы не допустить двух ошибок. Одну вы уже допустили, позволив Шпире расширить свою деятельность!
Б о р а. Но ведь все мы — люди, все мы — человеки! Покажите мне того, у кого нет недостатков. Если не пьет, то режется в карты, если не картежничает, то мается из-за своих непослушных детей или же мучается, выслеживая свою родную жену, чтобы удостовериться, с кем она его одурачивает.
С е л и м и р. А Шпира?
Б о р а. Я думаю, что у Шпиры мы выкурим зверя покрупнее, чем зайца. Что ж, тем лучше!
С е л и м и р. Ты берешь на себя ответственность за это, товарищ Бора?
Б о р а. Я ни от чего не отказываюсь, вы знаете мою активность, товарищ Селимир! Пусть и на этот раз от меня исходит инициатива, чтобы спутать ему карты, только вы сверху дайте мне свое «добро»!
С е л и м и р. С тяжелым сердцем, товарищ Бора, дело-то деликатное… (Идет, Бора — за ним.) Но все же, имея в виду вашу настойчивость, дадим согласие…
Уходят вместе.
З а н а в е с.
ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
Декорации те же, что и в третьем действии, только на этот раз больше воздуха, света.
Торопливо входит Л и н а.