Твртко поворачивается спиной к монаху.
Д а б и ш а. Вот как следует говорить с королем! Хватит с нас крестоносцев! А теперь турок грозит! Боснии нужен мир! Пусть воины отдохнут от Косова. Твртко, разве уж так необходимо посылать войско на помощь хорватам? Может, они сами справятся?..
Во время этой речи монах поднимает голову и начинает разглядывать Елицу. Елица оказывается между Францисканцем и Хрвое. Твртко шагает взад-вперед.
Ф р а н ц и с к а н е ц (к Хрвое). Кто эта госпожа?
Х р в о е. Не знаю!
Ф р а н ц и с к а н е ц. Если мой нюх меня не обманывает…
Д а б и ш а. Скоро осень наступит. Воины стосковались по родным очагам…
Т в р т к о (останавливается перед Вуковичем). Когда в поход, Вукович?
В у к о в и ч. На заре, если бог даст. Я послал гонца в Высокое, чтобы войско готовилось.
Т в р т к о. Не оплошайте перед мадьярами! Чтоб они не забыли нас!
В у к о в и ч. Не забудут, Твртко. Не забудут. Клянусь тебе!
Т в р т к о. Ну, тогда счастливо! Кланяйся Иванишу Хорвату и его брату, епископу Павлу, если увидишь его. Передай привет и Иванишу Палижну, всем передай! (Целует Вуковича.)
В у к о в и ч. Передам, господин…
Д а б и ш а, Ф р а н ц и с к а н е ц и В у к о в и ч кланяются и уходят. Вслед за ними Х р в о е идет, не сводя глаз с Елицы.
Т в р т к о. Трипе!
Т р и п е. Что изволишь, господин?
Т в р т к о. Позови Владое. Надо написать послание, пока не стемнело.
Т р и п е уходит. Твртко и Елица переглядываются.
Входит В л а д о е с бумагой в руках, кланяется.
Т в р т к о. Садись, Владое…
В л а д о е. Прости…
Т в р т к о. Садись и пиши.
В л а д о е. Прости, пресветлый государь… Монах Исайя…
Т в р т к о. Монах? Какой монах?
В л а д о е. Приехал монах Исайя. Еще вчера. Он хотел бы тебя видеть.
Т в р т к о. Монах?.. Ты слышишь, Елица?
В л а д о е. Православный монах, мой господин.
Т в р т к о. Чего ему надо? Чего хотят от меня эти люди?
В л а д о е. Если смею доложить, милостивый король, монах Исайя родом из боснийского Хума. Принял постриг в Милешеве.
Т в р т к о. Он прибыл как монах или как босниец?
В л а д о е. О Косове хочет говорить, так сказал он.
Т в р т к о (подумав). Хорошо.
В л а д о е уходит.
Е л и ц а. Я мешаю тебе, Твртко?
Т в р т к о. Останься, останься, послушай, что по эту сторону гор происходит, Елица…
Входят В л а д о е и И с а й я.
И с а й я. Надежда наша единственная! Единственный Неманич! Защита наша! На тебя уповаем!
Т в р т к о. Все на меня уповают! А мне на что уповать? Скажи мне, монах…
И с а й я. Есть на что, Твртко, есть! Всевышний с нами. Бог и наша вера православная, что подарила тебя короной. Крест наш! Целуй! (Подносит крест Твртко.)
Т в р т к о (неохотно принимает крест). Крест… Почему вы говорите — крест, а они говорят — крыж{28}? А ведь на одном языке говорите… И слова-то у вас, оказывается, разные… Того гляди, и не сумеете говорить друг с другом…
И с а й я. И не будем говорить! И не надо! Крест! Целуй, Твртко!
Т в р т к о (едва прикасается к кресту губами). Не будете…
И с а й я (берет крест у Твртко). Крест, крест православный… Он наше упование! Он нам единственный луч света в грядущей ночи! Мрак приближается, Твртко! Ночь и потоп! Мы захлебнемся в слезах матерей косовских героев. Нет мужской руки, чтобы поднять голову окровавленной страны, подвигнуть ее на мщение! Турки как змеи уползли в Едрене, оставили нас подыхать от ран. Вдова Лазаря должна теперь покориться злочестивому Баязиту. Села вымерли, церкви и монастыри затворили свои двери. За каждым кустом нам чудятся турки, Твртко! Надвигается голод! Кто будет хлеб сеять? Кто будет лозы окапывать? Сколько народу в рабство в Азию угнали! Лучших людей на колу погубили! Студеная ночь над Рашкой нависла, только лишь ледяной полумесяц в тучах виден… Что будет с нами, Твртко? Я свою жизнь богу посвятил и от меча отрекся, Твртко, но я жажду напиться турецкой крови! Хочу турецкой крови! Крови мне дайте!..