Пипл протягивает Священнику рюмку.
(С удивлением.) И ты тоже пьешь, сын мой?
П и п л (удивленно). А что?
С в я щ е н н и к (подняв указательный палец, отеческим тоном). Я в твои годы не пил… (Наливая вино в рюмку Пипла, с укоризной.) И не курил.
Пипл поспешно вынимает изо рта сигарету. Не знает, куда ее деть.
С и п к а. Не осуждайте его, ваше преподобие. Он был в лагере.
С в я щ е н н и к (растерянно). В самом деле? Я не знал, что детей тоже сажали в лагеря. (Положив руку на голову Пипла.) Вас, наверное, было очень мало?
П и п л. Нас мало осталось.
С в я щ е н н и к. Гм… да. (Садится, затем наливает свою рюмку. Не поднимая глаз от рюмки.) Говорят, в лагерях было очень тяжело?
С и п к а. Говорят.
С в я щ е н н и к. Говорят, вы голодали?
С и п к а. Иногда.
С в я щ е н н и к. Вас били?
С и п к а. Немного.
С в я щ е н н и к (вертя в руке рюмку). Знаете… я тоже видел лагерников. Их водили через нашу деревню. Они были довольно худые и достаточно грязные. Когда они проходили, я всегда закрывал окна и опускал жалюзи. (Наклоняется к Сипке, точно открывая ему бережно хранимую тайну.) А знаете, некоторые в это время высовывались в окна и пялили глаза на этих несчастных.
С и п к а. Это были бессердечные люди, ваше преподобие.
С в я щ е н н и к (встает. Делает несколько шагов, потом останавливается посреди комнаты). Однажды они остановились недалеко от моего дома. Они казались усталыми. Я послал служанку вынести им кадку молока. И можете себе представить, они все выпили.
С и п к а. Наверное, молоко было свежее.
С в я щ е н н и к (разведя руками). Я постарался помочь чем мог.
С и п к а. Многие и этого не сделали, ваше преподобие.
С в я щ е н н и к (снова принимается шагать, рассеянно похлопывая ладонью о ладонь). Так вот, мне очень жаль, дорогие мои… но на этот раз я не могу помочь вам. Я так и сказал вашему товарищу: дела… заботы…
С и п к а. Я вас понимаю. Мы зашли только извиниться.
С в я щ е н н и к. О… это совсем не важно.
С и п к а. Нет, все-таки важно. Знаете, этот парень, что заходил к вам, он не отличается сообразительностью. (Встает и подходит к террасе. Раздвинув занавеси, он бросает взгляд во двор.) Так вот он, еще до того, как у вас побывал, распространил в госпитале слух, что вы согласились прийти на похороны. (Обернувшись к Священнику.) Все приняли эту весть с восторгом.
С в я щ е н н и к. Действительно неловко. Но я тут ни при чем, сын мой.
С и п к а. Конечно, вы ни при чем. Поэтому мы пришли извиниться за все, что может произойти, разумеется, не по вашей вине.
С в я щ е н н и к (подходит к Сипке, обеспокоенно). А что может произойти?
В это время во дворе появляются З е р о и еще д в о е п а ц и е н т о в. Они останавливаются перед террасой.
С и п к а (невозмутимо). Знаете, это ведь бывшие лагерники, нрав у них крутой… они скоры на расправу… огрубели.
Во двор входит еще одна г р у п п а п а ц и е н т о в. Они молча присоединяются к остальным.
П и п л. Они часто устраивают потасовки.
С и п к а. Особенно если их обманывают.
Священник окидывает взглядом двор. Всюду видны неподвижные, угрожающие фигуры бывших лагерников.
(Подходит к Священнику, за спиной у него.) Итак, ваше преподобие, если что-нибудь случится, извините, мы весьма сожалеем.
Пауза. Все взгляды устремлены на Священника. Он медленно поворачивается спиной к террасе.
С в я щ е н н и к (задумчиво). А когда… когда начинаются эти похороны?
С и п к а. В четыре часа пополудни, ваше преподобие.
С в я щ е н н и к. Ах в четыре? Видите ли, в это время я как раз мог бы прийти. Да, да… это очень подходящее время.
С и п к а. Спасибо, ваше преподобие, это очень благородно с вашей стороны. (Головой дает знак Зеро, тот поворачивается.)