З а щ и т н и к (после паузы, Данице). Вы можете вспомнить вечер двенадцатого сентября прошлого года? Шел сильный дождь. В тот вечер произошла довольно серьезная ссора между вами и родителями вашего мужа. Вы сказали мужу, что свекор побил вас, и ваш муж выгнал их из дому, так что старики вынуждены были ночевать у каких-то родственников. С тех пор они больше не возвращались. Верно?
Д а н и ц а. Нет. Они сами ушли, по своей воле.
З а щ и т н и к. Прошу войти отца и мать обвиняемого.
Отец и Мать выходят из зрительного зала.
Будьте любезны, представьте себе, что это их комната. Здесь — дверь. Согласно показаниям некоторых свидетелей, вы вошли и встали в дверях. Как случилось, что свекор поднял на вас руку?
Д а н и ц а. Я думаю, что это с каждым может случиться. Известно, что все свекрови ревнивы и ненавидят своих невесток. Это не первый и не последний случай.
З а щ и т н и к. Будьте любезны… (Помогает ей надеть домашний халат.)
Д а н и ц а. Это было так… Я была на кухне, а старики — в комнате…
Освещение концентрируется на комнате.
З а щ и т н и к. Это была их комната, верно?
Д а н и ц а. Как это — их? Может быть, они ее заработали? Мой муж дал ее им, чтобы они жили отдельно, чтобы мы не ссорились. Свекор сидел за столом.
Отец занимает свое место.
А свекровь — на кушетке…
Мать также занимает свое место.
Свекор был навеселе и пел какую-то песню, а я укладывала спать детей… (Уходит.)
Отец, подвыпивши, раскачивается на стуле. Мать что-то вяжет.
О т е ц (поет).
Д а н и ц а (входит в дверь). Отец… Может быть, ты перестанешь петь?.. Я укладываю детей…
М а т ь (Данице). Чего тебе здесь надо? Твой дом — там!
Д а н и ц а. Если можно, немного потише… Дети…
М а т ь. Пусть поет, если ему хочется. Нечего командовать в его доме! (Отцу.) Что ты ее слушаешь? Пой, если тебе поется! А если детям хочется спать — пусть спят!
Д а н и ц а. Но они не могут спать, когда он поет так громко… Дверь открыта…
М а т ь. Иди отсюда, сука, пока я не огрела тебя чем-нибудь! Я тебе космы повыдергаю!
О т е ц. Вот я ей покажу! (Берет трость.)
Д а н и ц а. На помощь! Убивают! Убивают!..
Д р а ш к о (появляется в дверях, он в плаще). Что здесь происходит?
М а т ь. Твоя жена меня бьет. Если бы не отец, она бы меня задушила!
Д а н и ц а (плачет). Он пел… Я уже целый час не могу уложить детей. Я только попросила его петь потише, а они оба накинулись на меня…
О т е ц. Врешь, шлюха!
Д р а ш к о. И она вас обоих избила? Ладно. С сегодняшнего дня чтобы ноги вашей здесь больше не было, ясно? И запомните раз и навсегда, что моя жена — не шлюха, а моя жена! Как вам не совестно?!
Д а н и ц а (Защитнику, находящемуся в темноте). Вот как было. После этого старики изобразили из себя обиженных и в тот же вечер ушли, а на следующий день к нам пришли родственники, у которых они ночевали. Свекор сказал им, что я их выгнала из дому.
З а щ и т н и к. Зажгите свет!
Включается нормальное освещение.
Я прошу суд разрешить воспроизвести эту сцену в соответствии с показаниями Николы Каровски, отца обвиняемого.
С у д ь я. Есть какие-либо возражения у прокурора?
П р о к у р о р. Нет. Это даже забавно! Посмотрим спектакль!..
С у д ь я. У судебной коллегии?
Оба члена коллегии кивают головой в знак согласия.
Слово предоставляется защите. Прошу!
З а щ и т н и к (отцу). Вы видели, как была воспроизведена сцена этой ссоры. Пожалуйста, попробуйте теперь припомнить в подробностях все, что произошло в тот вечер, и расскажите об этой сцене, не скрывая ничего. Так, как это действительно было.
О т е ц. Я в тот вечер действительно немного выпил. Пил с горя и пел с горя. Вот здесь что-то жгло. (Показывает на грудь.) Родной сын пропадал у меня на глазах…
З а щ и т н и к. Это мы знаем, и всем нам жаль. Но вашему сыну предъявлено обвинение. Ради него же самого вы должны говорить только правду. Прошу вас, переходите к делу. (Хлопает в ладоши.) Свет, пожалуйста!