Д р а ш к о. Нет.
С у д ь я. Таким образом, признаете ли вы, что вы виновны?..
Д р а ш к о (прерывает его). Признаю!..
С у д ь я. Погодите… Вы не дали мне закончить!
Д р а ш к о. Я знаю, что вы скажете. Я виновен в аварии на строительстве гостиницы «Сплендид»!
С у д ь я (не сразу). Не спешите, прошу вас. Если суд установит, что вы виновны в том, что объект обрушился, то вы автоматически будете нести ответственность и за смерть двух погибших под развалинами рабочих.
Д р а ш к о. Мне все равно.
С у д ь я. В этом случае вы должны будете выплачивать компенсацию семьям погибших.
Д р а ш к о. У меня есть только моя жизнь.
С у д ь я. Суд так не считает. В соответствии с протоколом вы являетесь владельцем автомашины, телевизора, двух холодильников, дорогой мебели и так далее и так далее.
Д р а ш к о. Все это не имеет значения и не вернет жизни погибшим.
С у д ь я (не сразу). Потрудитесь выражаться яснее, прошу вас!
Д р а ш к о. Мне и самому не ясно.
С у д ь я. Извините, но это не трибуна для философствования, а суд. А суд существует для того, чтобы защищать интересы общества и отдельных лиц, потерпевших ущерб.
Д р а ш к о. Я тоже часть этого общества и такое же лицо.
С у д ь я. В качестве обвиняемого!
Д р а ш к о. Я не прошу никакой милости.
С у д ь я. Суд определит вам справедливое наказание.
Д р а ш к о. Наказание никогда не бывает справедливым.
С у д ь я (не сразу). Что вы хотите этим сказать?
Д р а ш к о. Не знаю… Я считаю, что вы поступите несправедливо, если оплатите жизнь двух невинно погибших людей, конфискуя у меня автомашину и холодильники.
С у д ь я. Это ваше личное мнение. У вас есть какое-нибудь более приемлемое предложение?
Д р а ш к о. Нет.
С у д ь я. Считаете ли вы, что ваш директор говорил правду?
Д р а ш к о. Да.
С у д ь я. Вы признаете, что после окончания учебы вам был предоставлен пятнадцатидневный отпуск, прежде чем вы приступили к работе?
Д р а ш к о. Да.
С у д ь я. Вы признаете, что это противозаконно?
Д р а ш к о. Не знаю.
С у д ь я. Вы признаете, что…
Д р а ш к о. Признаю, признаю!.. (Тихо.) Признаю…
С у д ь я. Признаете, что вы несете ответственность за то, что обрушилась…
Д р а ш к о. Признаю!
С у д ь я. Считаете ли вы, что вы сделали это в состоянии переутомления, психической подавленности, раздражения или отчаяния?
Д р а ш к о. Нет. В полном сознании.
С у д ь я. Вы знаете, какое наказание определяется за такое преступление?
Д р а ш к о. Мне все равно.
С у д ь я. Человек, которому все безразлично, должен иметь на это причины!
Д р а ш к о. Я не знаю.
С у д ь я (потеряв выдержку, кричит). Чем же провинился перед вами суд, что вы навязываете ему роль соучастника в вашем самоубийстве?
Д р а ш к о (приглушенно, сквозь зубы). Можно закурить еще одну сигарету?
С у д ь я. Нет. (Пауза.) Вы можете сказать еще что-нибудь в свою защиту?
Д р а ш к о. Нет.
С у д ь я. Есть вопросы у членов судебной коллегии? Нет? Предоставляю слово прокурору.
П р о к у р о р (смотрит на Драшко). Вам понятно предъявленное вам обвинение?
Д р а ш к о. Да.
П р о к у р о р. Почему вы допустили до этого?
Д р а ш к о. Не знаю.
П р о к у р о р. По долгу службы я обязан сделать юридическую квалификацию преступления и выяснить истину в соответствии с положениями законодательства. Можете ли вы пожаловаться на что-либо или на кого-либо?
Д р а ш к о. Я жив.
П р о к у р о р. Не иронизируйте, вы не можете утверждать, что вам плохо жилось!
Д р а ш к о. Я еще буду жить.
П р о к у р о р. Общественность окажет вам заслуженное признание.
Д р а ш к о. Оставьте общественность в покое. Если бы я искал признаний — их у меня было бы предостаточно.
С у д ь я. Вы хотите сказать, что именно поэтому вы были несчастны?
Д р а ш к о. Именно поэтому!
С у д ь я. Потому что у вас было все? В самые лучшие годы жизни?
Д р а ш к о. Да. Именно поэтому…
С у д ь я (смеется). Оригинально! По вашему мнению, счастливы лишь те, у кого ничего нет? Те, кто все еще вынужден жить в подвалах, у кого полон дом детей и зарплата в два раза меньше вашей?