Ш к у н ц а. Ладно, Шимурина! Почему же нельзя? Все можно! Все можно, чего пожелаете! А с Горацио мы так сделаем. Теперь, когда у нас Горацио сделался человеком из народа, народ будет другом и Гамлету.
Ш и м у р и н а. Значит, теперь народ… (Шепчет ему.)
Ш к у н ц а. Да… Народ — это Горацио.
Ш и м у р и н а (уходя). Вот, народ, теперь ты Амлету — друг.
Присутствующие расходятся.
Б у к а р а (Майкаче). Вдова, спаси тебя бог, до чего же ты здорова. В тебе больше мяса, чем у всех быков нашей артели. (Обхватывает ее.)
М а й к а ч а (вырывается). Чего это ты вдруг с цепи сорвался? Не надо тут, увидят нас! Что люди говорить станут? Еще и году не прошло, как умер мой муж.
Б у к а р а. Ладно, ладно, нечего недотрогу из себя корчить. Когда муж-то жив был, ты и не задумывалась, что люди говорить будут, а сейчас вдруг начала грехи замаливать.
М а й к а ч а. Тогда я это делала назло мужу, он ведь в постели-то не умел чего положено мужику делать. А сейчас я себе в удовольствие живу, вот и выбираю.
Б у к а р а. Лопни мои глаза, уж я сегодня ночью пожму тебя, что твою гармошку. Вот так, вот так… (Обхватывает ее.)
М а й к а ч а. Да отстань ты, дьявол!..
Б у к а р а. Слушай-ка… Я буду тебя ждать через полчаса под смоквой на краю села.
М а й к а ч а. Ладно уж. Только знай наперед. Я на траве не буду. Мне уже не двадцать лет. Да и ривматизьма меня скрутила.
Оба уходят.
Шкунца остается один, глубоко задумался. За окнами уже стемнело. Он неторопливо открывает книгу с текстом шекспировского «Гамлета» и безразлично перелистывает ее.
Ш к у н ц а (читает).
Слышится радиопередача.
Г о л о с д и к т о р а. Проникновение новых, социалистических отношений в нашу деревню изо дня в день все интенсивнее. Но при всем этом до сих пор еще не до конца устранены остатки старых, классовых, капиталистических отношений. Они сохранились в форме частнособственнического мировоззрения у некоторых классов несознательных и реакционно настроенных элементов. Такие чуждые и враждебные социализму явления появляются в результате недостаточной бдительности партийного руководства, а также недостаточно развитого чувства критики и самокритики у той части крестьянских масс, у которой в основном уже воспитано социалистическое сознание. Во многих крестьянских трудовых артелях определенная часть членов не прониклась еще целиком духом коллективизма и проявляет известные частнособственнические тенденции, есть еще и случаи хищения и растраты общественной собственности. Все эти извращения могли бы в известном плане считаться и объяснимыми, принимая во внимание то, что наше общество еще молодо и что процесс социалистического преобразования нашей деревни в последнее время является достаточно быстрым и динамичным. А кроме того, в нашей деревне все еще сохраняются реакционные и антинародные силы в лице потерявших власть кулаков, ростовщиков и их слуг и пособников, которые не могут исчезнуть за одну ночь. Но, несмотря на это, мы не можем не вспоминать о тех славных и великих днях нашей народно-освободительной борьбы, когда на всех бойцах лежала огромная морально-политическая ответственность за каждый поступок и когда не только за грубые случаи намеренного присвоения общественного имущества, но и за любую, даже невольную небрежность и невнимательность по отношению к этому имуществу расплачивались публичным осуждением перед всей частью, а то и самой жизнью. Поэтому ясно, что все эти неприятные явления по большей части являются результатом уменьшения именно морально-политической ответственности некоторой части коммунистов, которые, удовлетворившись достигнутым, потеряли бдительность и всякую самокритичность по отношению к собственной работе. Разные вражеские элементы, пережитки прошлого, которые хотели бы остановить ход общественного развития и повернуть его вспять, разумеется, используют это и наносят нам удары там, где мы их меньше всего ожидаем. Поэтому совершенно ясно, что наше молодое общество должно привлечь все свои силы на борьбу против частнособственнических тенденций, эгоизма, безответственного отношения к общественному имуществу вне зависимости от того, в какой форме они проявляются, а в этом должны идти в первых рядах и служить примером товарищи коммунисты, которые и во время войны были образцом сознательности и ответственности. Иначе, если мы допустим, чтобы эти явления уже сейчас, всего через несколько лет после освобождения, приняли широкие размеры, то мы можем спросить себя, куда бы это могло завести и какие тяжелые последствия это могло бы иметь для строительства социализма в нашей стране и для будущего наших народов. Поэтому мы впредь должны усилить бдительность, увидеть недостатки и в самих себе и сделать все для воспитания социалистического сознания наших крестьян.