Я с н а (устало). Что?
К а м и н. А если знают?
Я с н а (поворачивается к нему, это миловидная девушка лет двадцати). Что?
К а м и н. Ты вообще не хочешь знать, о чем я говорю.
Я с н а (вздыхает). Знаю, папа, знаю. Не все ли равно, знают или не знают. Теперь здесь освобожденная территория.
К а м и н. Освобожденная территория! Спасибо большое за такую освобожденную территорию, где идешь к больному и по дороге получаешь пулю в ногу. (Смотрит на дочь.) Впрочем, ты меня не слушаешь. Вообще не слушаешь. А я тебя слушаю, я даже слушаюсь тебя. Хотя ты мне очень подозрительна… Вот уговорила, чтоб я шел на пенсию, затащила меня в это «затишье». (Вдалеке слышатся взрывы.) Ничего себе «затишье», а? Громы и молнии… О чем же это я? (Будто она виновата, что он забыл.) Слышишь, Ясна, о чем это я говорил?
Я с н а (снова вздыхает). Не знаю.
К а м и н. Хороша свобода на вашей освобожденной территории: человек останавливается на полуслове и не знает, о чем он только что говорил. Да, впрочем, никто его и не слушает. Ты меня вообще никогда не слушаешь. А вот я слушаю, слушаю. Ну, теперь-то я кое-что знаю. Признайся, ты меня затащила сюда только из-за них.
Я с н а. Из-за кого?
Из сеней доносится шум.
К а м и н. Слышишь, они снова здесь. Но если они опять пришли в этих своих партизанских формах, я их выгоню. (Бежит к двери, выглядывает, возвращается.) Конечно! Если так и дальше пойдет, вы должны будете поискать себе нового хирурга, потому что мне ампутируют голову. Причем без наркоза. Без наркоза!
Входит П е р в ы й п а р т и з а н.
П е р в ы й п а р т и з а н (он слышал последние слова доктора). Ничего страшного, товарищ доктор, и так сойдет.
К а м и н (наклоняет голову, будто сердится, хотя ему самому смешно). Думаешь, сойдет?
П е р в ы й п а р т и з а н. Да-да, только прошу вас, пойдемте с нами. Двоих задело. Здорово задело.
К а м и н. Да и меня тоже. Смотри. Как я с вами пойду?
П е р в ы й п а р т и з а н. У нас носилки с собой. Мы вас понесем.
К а м и н. Понесете? Меня? Смешно. Знаете, сколько я вешу?
П е р в ы й п а р т и з а н. Нас четверо, товарищ доктор, все ребята крепкие.
К а м и н (вздыхает, берет свой баул и санитарную сумку). Ну ладно. Иду, так как меня связывает клятва врача.
Я с н а (встает, чтобы помочь ему). Только поэтому?
К а м и н (надевая пальто). А почему еще? (Смотрит на Ясну. Мрачное лицо его проясняется, становится добродушным.) Черт возьми… Еще немного — и я сам не буду знать почему… Ну, пошли.
П е р в ы й п а р т и з а н уходит.
(Ясне, мягко.) Так что я хотел?.. Почему ты не в духе?
Я с н а. Сам знаешь.
К а м и н. Поссорились вчера?
Я с н а. Да. Он думает, что я ему не верю.
К а м и н (пристально смотрит на нее). А ты веришь?
Я с н а (ужасается самой мысли о том, что можно не верить). Конечно.
К а м и н. И если они там будут меня о нем спрашивать, что мне сказать?
Я с н а. Скажи им, что я ему верю.
К а м и н. И этого будет достаточно?
Я с н а. Я должна доказать это не только ему. Всем нашим докажу свою правоту в том, что поверила ему.
К а м и н. И чем же ты им сможешь доказать?
Я с н а. Не знаю.
К а м и н (очень серьезно). Ясна.
Я с н а. Что, папа?
К а м и н. Можно тебе посоветовать?
Я с н а. Прошу.
К а м и н. Не встречайся с ним больше, хотя бы здесь, иначе и на тебя падет подозрение. И мы окажемся меж двух огней. (Партизанам, заглянувшим в дверь, снова с шутливой резкостью.) Ну, где эти ваши носилки? Когда-то больных носили к доктору, сейчас носят доктора к больным. Еще одно доказательство того, что с вашей службой здравоохранения не все в порядке. А также и со мной. (Смеясь.) Вот еще одно свидетельство того, что ваша свобода заразила даже доктора Камина. (Уходит вместе с партизанами.)
Лицо Ясны мрачнеет. Она зажигает у спиртовки сигарету, жадно и глубоко затягивается. Смотрит на часы, достает из буфета радиоприемник, включает, ищет станцию. Звучит известный дуэт из «Дона Паскуале». Затем раздается голос диктора.
Г о л о с д и к т о р а. Сигнал гонга будет означать восемь часов. (Звучит гонг.) Восемь часов. Передаем симфонию в одной части «Roma aeterna», автор ее, Андрей Бринар, молодой словенский композитор, посвятил…