А д а м. И в этом заброшенном, ненужном складе вы обнаружили исчезнувшие товары? Хорош же у вас учет, в этой вашей «Фортуне».
П е т р. Без иронии, пожалуйста. У нас семь складов в разных пунктах.
Х о р в а т. Смею заметить — девять, товарищ генеральный.
П е т р. Подумаешь, семь — девять! Короче, товары найдены, от одной заботы мы избавились, кашу расхлебывать не придется. А ты знаешь, Адам, я уже двадцать лет только и делаю, что выбираюсь из неприятностей! Глупо! И утешаю себя: не я один!
А д а м. У меня из ума не выходит Бартол.
П е т р. Если бы я думал о бартолах, дружище, я не сумел бы выпутаться и из первой своей неприятности.
Х о р в а т. Великолепно сказано, прямо по-наполеоновски…
П е т р. Что тут великолепного?
Х о р в а т. Да вот, товарищ генеральный, я думаю…
П е т р. Ничего вы не думаете, если бы вы думали, не явились бы ко мне с этой новостью. Подождали бы до завтрашнего утра.
Х о р в а т. Товарищ генеральный директор, конечно, шутит?
П е т р. Вовсе не шучу. Товары найдены! Твердит как попугай: товары найдены! Я лично потерял в результате этого известия гораздо больше, чем стоят все товары на всех складах, вместе взятые.
Х о р в а т. Но, простите, товарищ генеральный, вас три дня не было в канцелярии, вы не в служебной командировке, мы повсюду искали вас, телефон выключен, а мы растерялись… Я считал своим долгом… Особенно когда я узнал, что товарищ коммерческий директор нашел вам личную машинистку, эта информация придала мне уверенности поискать вас дома. Ведь «Фортуна» спасена!
П е т р. «Фортуна» спасена! Что вы мелете чепуху? Поддались газетной шумихе и явно тенденциозным сведениям финансового контроля. Словно у нас не выплывают предприятия с еще большим дефицитом. Еще как выплывают! А этот коммерческий, он, конечно, достоин всякого уважения, но раззвонить по всему предприятию, что нашел мне машинистку?!
Х о р в а т. Нынче не так легко, товарищ генеральный, найти такого человека, да еще способного. Если бы не Бартол Финк, он и сейчас бы искал.
П е т р. Кто?
Х о р в а т. Бартол Финк. В последние дни он все болтался в канцелярии, понятно, — человек отстранен от должности, под следствием, с таким обвинением, вот он и узнал, что вы дали указание коммерческому найти вам машинистку. И он предложил свою дальнюю родственницу или приемную дочь, словом, что-то в этом роде…
П е т р. Бартол Финк?
Х о р в а т. Да, товарищ генеральный. А что, она не подходит? Можно было предположить! Я намекал товарищу коммерческому директору, чтобы он не занимался такого рода соглашениями, прошу прощения, я его предупредил в присутствии вашей секретарши — вы можете спросить, я его предупредил.
П е т р (бросает стакан об пол). Идиот!
Х о р в а т. Извините. Я не понимаю… Уже второй стакан…
П е т р (словно Хорвата здесь нет). Адам, ты заметил девушку у меня в кабинете, когда вошел, — она спала на диване, за занавеской. Мы очень напряженно работали шесть часов, малышка устала, мне кажется, она слабенькая и чуть не упала в обморок…
А д а м (сидит в кресле у патефона и перебирает пластинки). Не знаю уж, малышка или нет, только мне показалось, кто-то лежал на диване, укрытый твоей шинелью.
Х о р в а т (стремясь включиться в разговор). Это и я видел. Я удивился, мне показалось очень странным укрывать человека шинелью, когда в кабинете лежат два шотландских пледа, товарищ генеральный.
П е т р (гневно). И вы видели, видели… Черт побери, чего же вы тогда орали: «Товары найдены! «Фортуна» спасена!» — если видели, что в кабинете кто-то спит?
Х о р в а т. Простите, я не мог предположить, что должен принимать во внимание сон личной машинистки.
П е т р. Что вы сказали? Повторите, что вы сказали!
Х о р в а т. Это я и хотел сказать: я думал, сообщение об отмене завтрашнего слушания дела и вообще прекращение дела, а с ним и ненадобность ваших довольно-таки деликатных свидетельских показаний на суде…
П е т р. Почему — деликатных?