Нет. Хоть и пытались.
Натан
Нет? Нет!
Дайя
Явился он невесть откуда
И сгинул с глаз невесть куда. Никем
Не чаянный, он бросился на крик,
Взывавший о спасенье, в дым и пламя,
Прикрыв лицо спасительным плащом.
Уже считали мы его погибшим,
Как вдруг он вновь из пламени и дыма
Выходит, высоко поднявши Рэху
Могучею рукой. Ничуть не тронут
Восторженной признательностью нашей,
Он опускает ношу. И в толпе — Теряется…
Натан
Не навсегда, надеюсь?
Дайя
На третий день он повстречался мне.
Под сенью пальм стоял он у гробницы,
Покинутой поправшим смертью смерть{94}.
Я бросилась к нему, благодарила,
Молила, заклинала хоть разок
Порадовать ее своим приходом:
Не может-де найти она покоя,
Не выплакавши благодарных слез
У ног его.
Натан
И что же он ответил?
Дайя
Увы! Он был к моленьям нашим глух,
Язвительно глумился надо мною…
Натан
И этим отпугнул тебя?
Дайя
Ничуть!
Я, что ни день, к строптивцу приходила
С мольбой все тою же. Чего, чего
Я только не стерпела, не готова
Была еще стерпеть! Но он к гробнице
Воскресшего уже не приходил:
Исчез, как в воду канул. Ни вестей
О нем, ни слухов даже!.. Вы молчите?
Теряетесь в догадках?
Натан
Я предвижу
Как больно ранит сердце бедной Рэхи
Его отказ. Сносить пренебреженье —
И от кого? От лучшего из лучших
В ее глазах! Отвергнутой себя
Считать и все ж душой к нему тянуться!
Тут — корень распри сердца с головой.
Что победит? Тоскливое унынье?
Иль ненависть ко всем и ко всему?
Бывает и не так: воображенье,
Вторгаясь в эту распрю, порождает
Мечтателей, в которых то рассудок
Главенствует, то снова голос сердца.
Дурное равноправие! Или я
Своей не знаю Рэхи, или то же
Случилось с ней. Боюсь, что Рэха бредит.
Дайя
Но сколь невинно, сколь благочестиво!
Натан
Пусть даже так, и все же это бред.
Дайя
Одна, не спорю, греза завладела
Ее воображеньем. Будто он
Не детище Земли, а небожитель,
Тот неусыпный страж, кому она
Еще в младенчестве свое сердечко
Доверила. Из облака, глазам
Толпы незрим, он опустился наземь
В час роковой и перед ней предстал
В обличье рыцаря{95}. Что тут смешного?
Не убивайте в ней мечты, священной
Для христиан, а также иудеев
И мусульман, — столь сладостной мечты!
Натан
И мне священной… Но ступай! Разведай,
Как там она, могу ли к ней зайти.
Ну, а потом я все же попытаюсь
И взбалмошного ангела сыскать,
Поскольку он с Землей не разлучился
И неучтивым рыцарством своим
Смущает наши души. Мне сдается,
Я приведу его.