Вернер. Конечно. В Саксонии. Будь у него по десять пальцев на каждой руке, они все были бы унизаны кольцами.
Франциска(в сторону). Ну и дела, тут надобно поглубже вникнуть. Господин сельский староста, или господин вахмистр…
Вернер. Если вам, душенька, все равно, то «господин вахмистр» для моего слуха звучит приятнее.
Франциска. Так вот что, господин вахмистр, у меня письмецо от господина майора к моей барышне. Я отнесу его и мигом вернусь. Будьте так добры, подождите меня здесь. Очень мне хочется с вами еще немножко поболтать.
Вернер. Да вы, душенька, видать, болтушка. Что до меня, идите и поскорей возвращайтесь, я тоже люблю почесать язык. Буду вас ждать.
Франциска. Да, очень прошу вас, подождите! (Уходит.)
Явление шестое
Пауль Вернер.
Вернер. А ведь премиленькая! Только зря я посулился ждать ее. Надо бы мне поскорее разыскать майора. Он не хочет брать у меня денег и предпочитает закладывать вещи! Узнаю его. Но мне пришла на ум одна хитрость. Две недели назад, когда я был в городе, я навестил жену ротмистра Марлофа. Бедняжка лежала больная и сокрушалась о том, что ее муж остался должен майору четыреста талеров, а она не знает, где их взять, чтобы отдать долг. Сегодня я снова собрался ее навестить, хотел сказать, что, как получу деньги за свое именьице, дам ей взаймы пятьсот талеров. Надо же хоть часть их пристроить в надежные руки, ежели мне не повезет в Персии. Но этой дамы и след простыл. И уж конечно, она не сможет вернуть долг майору. Сделаю же это я, и чем скорее, тем лучше. Пусть милая девочка на меня не сетует, мне ждать нельзя. (Уходит в задумчивости и сталкивается с входящим майором.)
Явление седьмое
Тельхейм, Пауль Вернер.
Тельхейм. Что же это ты так задумался, Вернер?
Вернер. Ах, вот и вы, а я только что собирался навестить вас на новой квартире, господин майор.
Тельхейм. Чтобы оглушить меня проклятиями в адрес хозяина старой. Даже не помышляй об этом.
Вернер. Уж конечно бы, я не удержался, нет! Я, собственно, хотел поблагодарить вас за то, что вы были так добры и сохранили мне мои сто луидоров. Юст отдал их мне. Правда, мне было бы приятнее, если бы вы подольше оставили их у себя. Но вы перебрались на новую квартиру, а о ней ни мне, ни вам еще ничего не известно. Кто знает, каково там будет. У вас могут украсть деньги, и вам придется возмещать их мне, тут уж ничего не попишешь. Поэтому я и не вправе доверить их вам.
Тельхейм(улыбаясь). С каких пор ты стал так осторожен, Вернер?
Вернер. Поневоле научишься. Нынче не знаешь, как уберечь свои деньги. Кстати, мне надо кое-что передать вам, господин майор, от ротмистерши Марлоф, я только что заходил к ней. Ротмистр остался вам должен четыреста талеров, она посылает вам в счет долга сто дукатов. Остальное пришлет на будущей неделе. Я, наверно, сам виноват, что она возвращает вам не всю сумму. Дело в том, что мне она тоже была должна один талер восемьдесят и потому решила, что я пришел ей напомнить о долге, впрочем, так оно и было, — вот она и отсыпала эти деньги из свертка, уже приготовленного для вас. Вам легче еще недельку обойтись без ваших ста талеров, чем мне без моих грошей. Вот, держите! (Подает ему сверток с дукатами.)
Тельхейм. Вернер!
Вернер. Что это вы на меня вытаращились? Держите же, господин майор.
Тельхейм. Вернер!
Вернер. Чем вы недовольны? И за что вы на меня сердитесь?
Тельхейм(ударив себя по лбу и топнув ногой, с горечью). За то, что ты принес мне не все деньги!
Вернер. Полноте, господин майор! Неужто вы меня не поняли?
Тельхейм. В том-то и беда, что я тебя понял! Странно, но самые хорошие люди теперь больше других терзают меня.
Вернер. Что вы сказали?
Тельхейм. К тебе это относится только отчасти! Ступай, Вернер! (Отталкивает руку Вернера, протягивающего ему дукаты.)
Вернер. Не раньше чем отделаюсь от этого свертка.
Тельхейм. А что, если я скажу тебе, Вернер, что Марлофша сама была у меня сегодня утром?
Вернер. Ах, так!