Л е в а н о в и ч. Я в твоих мамонтах ничего не смыслю.
Г о р л о х в а т с к и й. Я пишу так, чтобы всем было доступно. Для масс ведь пишу. Это будет пробный камень и для Черноуса. Возможно, что он попытается очернить мою работу, и скомпрометировать меня как советского ученого. Тогда мы его и разоблачим.
Л е в а н о в и ч (в сторону). Вот ты куда гнешь! (Горлохватскому.) Думаешь, что он рискнет на это?
Г о р л о х в а т с к и й. Если он в самом деле враг, то прорвется, иначе быть не может.
Л е в а н о в и ч. А мы его, шельму, за ушко да на солнышко!
Г о р л о х в а т с к и й. Как миленького!
Л е в а н о в и ч. А если он не «прорвется», а похвалит твой доклад?
Г о р л о х в а т с к и й. Так я же не утверждаю, что он обязательно враг. Может и похвалит.
Л е в а н о в и ч. А ловко ты придумал! Это же может очень здорово получиться! Любопытно! Придется прийти!
Г о р л о х в а т с к и й. Так придешь?
Л е в а н о в и ч. Обязательно! Ну, пока! (Уходит.)
Г о р л о х в а т с к и й (один). Проверяльщик выискался! Я, брат, такие очки наставлю, что тебе и черное белым покажется. Не таких за нос водили!
З а н а в е с.
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
Коридор. Входят Ч е р н о у с и В е р а с газетой в руке.
В е р а. «Правду» сегодня читали?
Ч е р н о у с. Еще не читал.
В е р а. Тут вам поддержка.
Ч е р н о у с. Мне? Какая поддержка?
В е р а. Про вас говорится.
Ч е р н о у с. Про меня? Покажите!
В е р а. Вот тут.
Черноус берет газету и начинает читать.
Прочитайте вот этот абзац.
Ч е р н о у с. Тут говорится о неправильном исключении из партии коммунистов, а я, как вам известно, беспартийный.
В е р а. Честный и преданный, а таких враги народа тоже пытаются ошельмовать.
Ч е р н о у с. Это верно.
В е р а. Давайте дальше читать. Я тоже еще не все прочла.
Садятся и сосредоточенно читают.
Ч е р н о у с (прочитав). Именно. Они так и делают. Как это сразу становится понятным.
Входит З е л к и н. Он ступает неслышно, чтобы подойти и что-нибудь подслушать.
В е р а (не оглядываясь). Не беспокойтесь, товарищ Зелкин, у нас никаких секретов нет.
З е л к и н. Я и не беспокоюсь.
В е р а. Идите лучше почитайте, что тут про вас пишут.
З е л к и н. Про меня? Где это?
В е р а. Да вот хотя бы этот абзац прочитайте.
З е л к и н (прочитав, поморщился). Шутки шутками, а у нас тоже имеются клеветники.
В е р а. Вы говорите истинную правду.
З е л к и н. Например, наша тетя Катя очень любит языком потрепать.
В е р а. «А он украдкою кивает на Петра».
Г о р л о х в а т с к и й (входит, издалека еще размахивает газетой). Приветствую, товарищи! Поздравляю с выдающимся документом! Читали?
В е р а. Читаем.
Г о р л о х в а т с к и й. Прямо пальцем показывают нам на двурушников и всяких прохвостов. Нам остается только руку протянуть и за шиворот схватить. Тут он весь, как на ладони! Вообразите теперь положение этого самого подлого двурушника! Идет он по улице, и ему кажется, что все на него пальцами показывают: «Вот карьерист! Вот двурушник! Вот клеветник!» Он старается надеть маску честного советского человека, но грозная рука возмездия уже занесена над ним, вот-вот сорвет маску и выставит его на суд, на позор, на всеобщее презрение. Круг около него сужается все больше и больше. Те люди, которые раньше перед ним боялись пикнуть, теперь поднимают голову и готовы на весь свет закричать, что он за человек. Его жалкая душонка ушла в пятки. Он ищет себе щелочку, чтобы спрятаться, но грозный голос гремит над самым его ухом: «Дудки, гражданин Зелкин! Нигде ты от нас не укроешься!»
З е л к и н (испуганно). Что вы, Александр Петрович?
Г о р л о х в а т с к и й. Ха-ха-ха!.. Не пугайтесь, я шучу…
Ч е р н о у с. Да вы прямо артист, Александр Петрович!
Г о р л о х в а т с к и й. Бросил теперь, а когда-то играл в драмкружке.
В е р а. Вы так мастерски разыгрываете, как будто и родились для этой роли.
Г о р л о х в а т с к и й (переходя на серьезный тон). Да, товарищи, за двурушников и клеветников мы теперь возьмемся по-настоящему. Если приглядеться, то и в своей среде мы найдем таких. Им теперь не поздоровится! (Направляется к двери кабинета, потом останавливается.) Александр Петрович, можно вас на минутку?