П е р е г у д. В каком смысле?
Н а т а л ь я. У вас друг девушку отбил, так вы хотите на своем командире полка отыграться?
П е р е г у д (обиженный). Вы злая. Я же к вам с открытой душой.
Н а т а л ь я. Больше не буду. Только не надо допускать, чтобы вас все обижали. Вы же, кажется, разведчик?
П е р е г у д. Разведчик.
Н а т а л ь я. Тем более. Вы должны быть дерзким и смелым. Может, не раз придется смотреть в глаза смерти.
П е р е г у д. Если бы у нее глаза были такие, как у вас, так я бы с наслаждением смотрел.
Н а т а л ь я. Кажется, мой совет пошел вам на пользу. Вы решили быть дерзким с места в карьер.
П е р е г у д. Снова не угодил?
Н а т а л ь я. У нее не такие глаза. У нее большие и черные. Вам не страшно?
П е р е г у д. Теперь нет, а там — не знаю. Когда я думаю о войне, то одного боюсь больше всего — чтобы мне не было страшно. А что, думаю, если меня на поле боя одолеет такой страх, что не хватит воли пересилить его? Я же еще не знаю, что такое свист пуль и разрывы снарядов.
Н а т а л ь я. Вот за майора я спокойна. Он родился, чтобы быть воином.
П е р е г у д. А за меня?
Н а т а л ь я. Вы также честно умрете, если понадобится, но вам тяжелее будет расставаться с жизнью — вы ее больше любите.
П е р е г у д. И вам было бы жаль меня?
Н а т а л ь я. Немножко.
Перегуд берет ее руку и целует.
А порохом пахнет. У меня такое ощущение, как бывает в летний день перед грозой. Солнце жжет, жара, а из-за горизонта уже движется синяя туча, и ухо уже ловит глухой, далекий рокот. Сердце тогда замирает в тревоге.
П е р е г у д. Это в деревне, когда сено убирают.
Н а т а л ь я. У вас из родни есть кто-нибудь?
П е р е г у д. Есть мать и сестра замужняя. В колхозе под Борисовом.
Н а т а л ь я. У вас, должно быть, хорошая мать?
П е р е г у д. Разве мать может быть плохой?
Н а т а л ь я (с грустью). А я не помню своей матери. При мачехе росла.
Из двери, ведущей на сцену, выходит Ш у м е й к о.
Ш у м е й к о. Куда вы пропали, Наталья Николаевна? Вам выступать сейчас.
Н а т а л ь я. Еще не пропала, товарищ Шумейко. Вы как раз пришли вовремя и спасли.
Ш у м е й к о. Это все он (взглянув на Перегуда) виноват. Придется доложить командиру полка, что срывает вечер. Пожалуйста, Наталья Николаевна. Ваш партнер там страшно волнуется. (Берет ее под руку и ведет за кулисы.)
П е р е г у д идет в зал, не закрыв за собой дверь, видны передние ряды стульев и угол эстрады. В фойе входят К о р е н е в и ч и Р ы б н и к о в. За ними лейтенант — д е ж у р н ы й п о ч а с т и.
К о р е н е в и ч (дежурному). Усилить патруль — от четвертой роты. Сами не спите, чаще проверяйте.
Р ы б н и к о в. Сосед не дремлет, и нам спать не положено.
К о р е н е в и ч. Передайте всем командирам рот и начальникам команд, что я приказал получить на складе полный комплект боеприпасов.
Д е ж у р н ы й. Занятий завтра не будет?
К о р е н е в и ч. Нет, будет выходной. Все подразделения должны привести себя в полную готовность на случай, если будет подана команда «шагом марш».
Д е ж у р н ы й. Есть, товарищ майор.
Р ы б н и к о в. Всем политрукам и их заместителям завтра в десять ноль-ноль собраться тут, в клубе.
Д е ж у р н ы й. Есть, товарищ комиссар. Можно идти?
К о р е н е в и ч. Ступайте.
Д е ж у р н ы й поворачивается и, отбивая шаг, идет к двери.
А сюда мы, кажется, попали к шапочному разбору.
Р ы б н и к о в. Что, концерт окончен? Не беда, танцы будут.
К о р е н е в и ч. Как раз работа для нас с тобой.
Р ы б н и к о в. А что мы — старики? (Заглядывает в дверь.) Народ сидит, чего-то еще ждет.
К о р е н е в и ч. Шумейко вышел. Сейчас что-нибудь отколет.
Ш у м е й к о (с эстрады). Товарищи, мы подошли к последнему номеру нашей программы. Последнему по порядку, но не по качеству. Вы сами знаете, что на десерт подают самые вкусные вещи.
Р ы б н и к о в (вполголоса). Давай компот.
Ш у м е й к о. Сейчас Наталья Николаевна и заместитель политрука Дубовец споют белорусскую песню «Не щебечут пташки».
Аплодисменты.
Р ы б н и к о в. Войдем послушаем?
К о р е н е в и ч. Я уж дома наслушался.
Р ы б н и к о в. Твоя ж родная, белорусская, и певица не чужая.