ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
Зима. Светлая ночь. Опушка леса. Деревья, изуродованные артиллерийским огнем. Справа — немецкий блиндаж. Зрителю видна его задняя часть. В перспективе — снежное поле с черными пятнами воронок, обрывки проволочных заграждений. Кое-где угадываются очертания неубранных трупов. Из трубы блиндажа вьется едва заметный дымок. Возле блиндажа — ч а с о в о й. Он закутан в лохмотья, из-под которых видно немецкое обмундирование. Уши обвязаны платком, сверху — пилотка. Часовой ходит от блиндажа к дереву, что посредине сцены. Ему, видимо, холодно, он постукивает ногой об ногу, иногда пробует пробежать, потом останавливается, какое-то время прислушивается. Успокоившись, снова начинает ходить от блиндажа к дереву и обратно. Вот он взошел на перекрытие блиндажа, склонился над трубой, и его лицо расплывается в улыбке: тепло. Дым лезет в глаза, он жмурится и отворачивает лицо в сторону.
Слева выползает белая фигура. Это П е р е г у д. Он остановился, припал к земле и слился с ней. Видно лишь, как от частого дыхания приподымаются его плечи. Осторожно поднял голову и осмотрелся. Заметил часового и не сводит с него глаз. Улучив удобный момент, он по-пластунски ползет к воронке и исчезает в ней. Осторожно высунул голову. Приоткрылась дверь блиндажа, из нее показалась г о л о в а о б е р - е ф р е й т о р а в пилотке. Он смотрит вверх.
О б е р - е ф р е й т о р. Ты, свинья! Так ты караулишь?
Ч а с о в о й. Очень холодно, герр обер-ефрейтор.
О б е р - е ф р е й т о р. Я тебя сейчас согрею!
Часовой сбегает с блиндажа вниз.
О б е р - е ф р е й т о р скрывается за дверью блиндажа. Часовой снова начинает ходить от блиндажа к дереву.
Перегуд машет рукой своим бойцам, чтобы шли к нему, а сам берет часового на мушку. Б о й ц ы ползут. Р о д н ы й влезает к Перегуду в воронку, а Б о н д а р е в становится за деревом. Часовой дошел до блиндажа и повернулся назад. Вдруг среди морозной ночи послышались звуки песни:
Часовой остановился и прислушался. Перегуд встает во весь рост и слушает, стоя за спиной у часового; потом подает знак, и Бондарев намеревается броситься на часового. Но часовой начал медленно поднимать винтовку к плечу. Не целясь, он стреляет в ту сторону, откуда слышится песня. Разведчики притаились в своих укрытиях.
Из дверей блиндажа выбегает о б е р - е ф р е й т о р.
О б е р - е ф р е й т о р (с тревогой в голосе). Кто тут стреляет?
Ч а с о в о й. Я, герр обер-ефрейтор.
О б е р - е ф р е й т о р. Почему?
Ч а с о в о й. Русс поет. (Показывает винтовкой в ту сторону, откуда слышится песня.)
О б е р - е ф р е й т о р. Дурак. Ты хочешь попасть в песню?
Ч а с о в о й (берет винтовку к ноге). Сколько мне осталось еще стоять, герр обер-ефрейтор?
О б е р - е ф р е й т о р (вынимает часы). Десять минут. (Еще с минуту прислушивается и, сплюнув, идет в блиндаж.)
Часовой идет к дереву, приставляет к нему винтовку и начинает греть руки, хлопая одну о другую. Потом он делает бег на месте, чуть подымая ноги в эрзац-валенках.
Песня, которая после выстрела умолкла было, вновь разлилась над снежной равниной:
Часовой прислушивается, потом передразнивает песню: «Тю-лю-лю-лю-лю, тю-лю-лю-лю-лю… Русс капут!» В это время Бондарев выскакивает из-за дерева и валит его на землю. Часовой пробует сопротивляться, но Бондарев уже схватил его за горло, крепко прижал к земле.
Б о н д а р е в. Врешь, сволочь! Русс не будет капут.
П е р е г у д. Тише, Бондарев!
К Бондареву подбегает Р о д н ы й. Он затыкает часовому рот и связывает ему руки. Перегуд наставил винтовку на дверь блиндажа, готовый уложить каждого, кто оттуда выйдет.