Т и л ь. Прощай, Лейден! Невинными умирают здесь Тиль Уленшпигель и Ламме Гудзак!..
К л е е ф (палачу). Скорее!
Палач поправляет веревки на приговоренных, конец закидывает на верхнюю перекладину, сам забирается туда же. Барабанная дробь. К Верфу подбегает Б р о о м.
Б р о о м. Мейнхеер! Испанцы подвезли двенадцать орудий к Восточной стене. Туда же прибыл сам Вальдец. Наши лазутчики донесли, что Филипп Второй назначил на сегодня штурм Лейдена. Через три дня в город должен вступить Реквезенс творить суд и расправу над непокорными. Стражи у ворот в десять раз меньше, чем у наступающих.
В е р ф (Клеефу). Кончайте казнь!
Броом уходит.
Т и л ь (Ламме). Кто из них бургомистр?
Л а м м е. Теперь мне это уже все равно.
Т и л ь. Одно слово! Кто же из вас ван дер Верф?
В е р ф. Я Верф!
К л е е ф (тихо Верфу). Слышите! Они снова хотят, пользуясь вашей добротой, вымаливать прощенья.
Т и л ь. Но этот господин (указывая на Клеефа) нам сказал, что он бургомистр.
В е р ф. Он допрашивал вас по моему поручению. (Палачу.) Почему вы медлите?
Т и л ь (отчаянно). Но мы ему передали письмо!
В е р ф. Какое письмо?
Т и л ь. От Оранского.
К л е е ф. Выдумка! Они слышат движение у испанцев и оттягивают казнь, надеясь, что их освободят.
За городской стеной выстрелы.
Слышите? Нам некогда с ними разговаривать. Надо быть у городской стены.
В е р ф (поднимает платок). Казнь!.. Казнь!..
Затихают барабаны. Палач, ухватившись за конец веревки, прыгает вниз. Неожиданный женский крик: «Стойте!» Палач выпускает из рук веревку. На помост, расталкивая стражу, вбегает М а г д а В е р ф. На ней белое венчальное платье, фата, венок на голове. Движение в толпе.
М а г д а. Стойте! Я беру его в мужья!
Шум на площади. Хохот. Свистки. «Ай да дочь бургомистра!». — «Славного женишка присмотрела». — «Браво, девушка!»
В е р ф, К л е е ф. Магда?!
М а г д а. Да! Я беру его в мужья, и по законам Нидерландов вы не можете его казнить. (Набрасывает на Тиля фату.)
В е р ф. Что за шутки!
М а г д а. Вы же знаете, что, если девушка в минуту казни берет осужденного в мужья, — казни не будет. Это закон, и вы не властны отменить его. Я беру Тиля Уленшпигеля в мужья.
К л е е ф. Вы — невеста моего сына Петера Клеефа.
М а г д а. Невеста, но не жена.
В е р ф. Пока еще я твой отец.
М а г д а. Я достигла совершеннолетия и сама могу выбирать себе мужа. Ведь я же просила вас, отец, помиловать его. Я умоляла вас… Мне не помогли мои слезы, пусть помогут законы, против которых вы бессильны.
В е р ф. Но есть и другой закон, по которому я могу любого человека изгнать из города. И вот по этому закону я изгоняю вас из Лейдена.
М а г д а. Но куда же мы пойдем? Город в кольце врагов.
В е р ф. Не мое дело. И если до заката солнца вы не покинете город, я сам выброшу вас с городской стены.
К л е е ф. Горе! Клеефы не прощают измен! Даже семье друга.
В е р ф. Отныне она не Верф. Я отказываюсь от нее. Еще недавно у меня было трое детей. Теперь нет ни одного.
К л е е ф (палачу). Казните же другого негодяя, пока его тоже не взял кто-нибудь в мужья.
П а л а ч. Он сбежал, мейнхеер!
Действительно, во время общей суматохи Ламме исчез.
К л е е ф. Куда сбежал?!
П а л а ч. Не знаю… сбежал с моей лучшей веревкой на шее! Кто мне теперь заплатит за веревку?!
Вбегает Б р о о м.
Б р о о м. Испанцы идут на штурм с трех сторон! Военачальник ван Доэс у Северных ворот принял на себя удар. У Восточных Петер ван Клееф. У Южных ворот только женщины.
В е р ф. Хорошо. Южные ворота буду защищать я. Броом! Оружие мне! (Магде.) Через семь часов чтобы тебя не было в Лейдене. (Уходит.)
Броом за ним.
М а г д а. Семь часов — недолгий срок, но эти семь часов наши. (Тилю.) Идемте, жених мой.
Т и л ь (свистит). Вы перехитрили звезды, юфроу! Они предсказывали совсем другое. Но… взошло солнце, и оно говорит, что от помолвки на виселице до брака так же далеко, как от приговора до казни. Что за судьба твоя, Тиль Уленшпигель! Никак тебе не удается умереть! (Посылает воздушный поцелуй палачу.) Извини, дружок, что не смог посмотреть сегодня на твою прекрасную работу! Извини! (Уходит с Магдой.)