Л а м м е. Это испанцы идут. Дай и мне топор. Тиль.
Л о ц м а н. Возьми мой. У меня их четыре.
Д о з о р н ы й. Зажечь фитили.
Т и л ь. Зажечь фитили…
Л о ц м а н (шепотом). Нету Петера.
Т и л ь (так же). Он, верно, возится с лодкой Ламме.
Л а м м е (так же). Я стану к его пушке.
Т и л ь. Слышите плеск испанских весел?..
Долгая тишина. Темно. Удары весел о воду. Огоньки тлеющих фитилей у пушек. И, наконец, крик дозорного: «Лейден!»
Лейден!
Залп из пушек.
Лейден!
Залп из пушек.
Лейден!
Залп из пушек.
Д о з о р н ы й. На абордаж!
Т и л ь. На абордаж!
Темнота. И в темноте вспышки от мушкетных выстрелов, стук топоров, крики испанцев и команда: «Лейден!» Выстрел. Сверху падает и тяжело ударяется о палубу тело дозорного.
Л о ц м а н. Дозорный убит!
Т и л ь. На мачту!
Лоцман лезет на мачту. Тиль со шпагой в одной руке и с топором в другой носится по палубе, командует, наносит удары карабкающимся на борт и с п а н ц а м… Но в тот момент, когда Тиль перегибается через борт и, как дрова, рубит головы врагов — видны только взмахи топора, — к нему подползает д л и н н о р у к и й г о р б у н и вонзает в спину кинжал. Тиль со стоном падает.
Л а м м е (бросается к Тилю). Тиль, что с тобой, мальчик мой?!
Сверху с мачты прыгает на испанца, занесшего кинжал над Ламме, лоцман.
Л о ц м а н. Вот мы и встретились с тобой, горбун.
Труп испанца он волочит к борту.
Л а м м е. Тиль! Тиль, ты умираешь, Тиль, приятель мой?!
Т и л ь. Разорви на мне рубаху… Приложи к ране пепел и завяжи…
Л а м м е. Ты отдал ладанку Неле. (Разрывает на себе рубаху, перевязывает Тиля.) Не унять кровь…
Т и л ь. Что ты, Ламме… Ты, кажется, перестал отличать вино от крови… Это рейнвейн, я спрятал под платьем флягу с вином…
Л а м м е. Не смей умирать, Тиль! Кто спасет Лейден?
Л о ц м а н. Вот сердце врага. Приложи его к ране, Тиль.
Т и л ь. Брось за борт собачье сердце. Пусть его грызут раки… Что там, Ламме?.. Говори правду…
Л а м м е. Испанцы захватили «Анну-Марию» и «Лебедя». Как черные муравьи, лезут они через трупы своих на наши корабли…
Т и л ь. Пусть команду кораблем примет Петер Клееф.
Л о ц м а н. Его нету нигде… Я не видел его в битве.
Т и л ь. Искать Петера Клеефа!
Лоцман убегает.
Что там, Ламме?
Л а м м е. Новый отряд испанцев окружает нас. Они подплыли к корме.
Т и л ь. Неужели я не увижу тебя, Лейден?
Л о ц м а н (возвращается). Петера нет. Пропала лодка Ламме…
Л а м м е. Он сбежал от нас! Сбежал к испанцам на моей лодке! Я говорил, что нельзя доверять этому отродью. Сын не лучше папаши.
Сильный взрыв.
Тиль! Ты слышишь меня, Тиль?!
Л о ц м а н. Ланд-Шейдин летит на воздух!
Л а м м е. Ты слышишь, Тиль! Ланд-Шейдин взорван!
Л о ц м а н (опускает шест за борт). Одиннадцать футов! Клянусь западным ветром, вода прибывает!
Труба.
Г о л о с. Сигнал: на весла!
Л а м м е. Тиль! Смотри, как взлетают в воздух испанские паруса! Смотри, как опускаются на дно их корабли у Ланд-Шейдина! Ты слышишь меня, Тиль?!
Л о ц м а н. Он уже не слышит…
Л а м м е. Не смей умирать, Тиль! Не смей!
Труба.
Г о л о с. Вперед к Ланд-Шейдину!
Т и л ь (невидящими глазами смотрит на Ламме). Вперед к Ланд-Шейдину! Никому не говори о моей смерти, Ламме… Закрой мне лицо платком… Если спросят, кто здесь лежит, скажи, матрос, имени которого ты не знаешь… Ламме, ты видишь Лейден?
Л а м м е (отворачивается, стараясь, чтоб Тиль не видел его слез). Да, да, мы проезжаем по Зеленой дороге… Осталось позади озеро Свежей Воды… Миновали Зотермейер и Норт Аа… Вот они, красные кирпичные крыши, высокие сваи, широкие мосты… Серые стены города… Вот Треугольная площадь. Мы плывем прямо по улицам… А вот и дом бургомистра… У окна стоят Неле и Магда. Они ждут тебя… Они заметили наш корабль… Они машут платками… Они зовут тебя: «Тиль Уленшпигель! Ты слышишь, Тиль Уленшпигель? Не умирай! Не смей умирать!.. Ведь ты же душа Фландрии… мы ждем тебя, Тиль!» Ты видишь их, Тиль?