— Наше детство закончилось, Дрантос, и начались мои обязанности. У меня появились враги, и нам было лучше прекратить общение. Быть моим другом означало подвергать себя опасности.
— И кто представлял угрозу? Я наслышан о твоем отце, и знаю, что он бы не одобрил нашу дружбу.
Взгляд Эвиаса стал более пронзительным.
— Намекаешь на то, что я бросил ему вызов и убил, — он наклонил голову.
У Дрантоса просто не укладывалось такое в голове. Да, у них с отцом тоже бывало много разногласий, но чтобы напасть или лишить жизни, особенно ради власти… Нет.
Глаза Эвиаса посветлели, отсвечивая серебром.
— Не нужно на меня так смотреть, Дрантос. Лорд Аботорус и Дэкер Филмор имели схожие взгляды на управление кланами. Жестокость и страх — вот что удерживало или удерживает их у власти, — он взглянул на Дасти, потом снова на мужчину. — Они оба верили, что их детей можно использовать в своих интригах. Я больше не хотел участвовать в играх моего отца.
— Прости, — было печально слышать, что между Эвиасом и его отцом не было никаких теплых чувств.
— Сейчас у меня те же проблемы с некоторыми чистокровными горгульями, что были и с Лордом Аботорусом. Они полагают, что смешивание кровей ослабляет наш клан, и я буду слишком мягок с вамп-ликанами из-за нашей совместной ликанской крови.
— Думаю, если бы Крейг все еще мог говорить, он бы с этим не согласился, — пробормотала Дасти.
— Тихо, — прошептал Дрантос.
— Вот теперь и Дэкер хочет использовать меня для своей собственной политической выгоды, — радужки глаз Эвиаса стали почти белыми. — А я все еще не хочу быть использованным. У меня совершенно нет желания воевать с вамп-ликанами, Дрантос. Мне нравится мир, − тон его голоса стал ниже от сдерживаемого гнева. — Ты мне не враг. И я очень скучаю по нашей дружбе, — признался он.
Эвиас прервал зрительный контакт и развернулся, отходя на несколько шагов. Дрантос было подумал, что он собирается уйти, но гар-ликан остановился и посмотрел на него через плечо.
— Я желаю вам с Крэйвеном всего наилучшего. У меня остались приятные воспоминания о нашей дружбе, но теперь все иначе. Наше общение будет рассматриваться как слабость, а я не могу этого допустить, — он медленно развернулся и снова посмотрел на них. — Передай Крэйвену, что я не претендую на Бэтину.
Дрантос расслабился.
— Спасибо, — вамп-ликан испытал облегчение, поняв, что Эвиас не будет преследовать сестру Дасти. И то, что Крэйвену не придется сражаться насмерть, чтобы спасти свою пару, было поистине бесценно.
Эвиас кивнул головой и улыбнулся.
— Я бы хотел сохранить свои яйца там, где они находятся на данный момент, а не в каком-то футляре в женской сумочке, — он взглянул на Дасти, а затем снова на Дрантоса. — Тебе следует лучше защищать свою пару.
— Последние несколько дней были просто адскими.
— И мы попали в авиакатастрофу, — добавила Дасти.
Эвиас с удивлением посмотрел на Дрантоса.
— Авиакатастрофа?
Он кивнул.
— К сожалению, у меня нет твоих крыльев. Хотел бы я их иметь, когда мы собирались врезаться в землю. Все, что мы Крэйвеном могли сделать, это закрыть женщин своими телами и надеяться, что этого будет достаточно. С тех пор мы пытаемся добраться с ними до наших земель. Но Дэкер послал своих стражей с приказом напасть в самый уязвимый для нас момент.
— С Дэкером я сам разберусь, — проговорил Эвиас ледяным тоном. — Это был последний раз, когда он пытается меня шантажировать. Знаю, у тебя есть свои причины для мести, но если его убью я — это будет считаться правосудием.
Дрантос не мог с этим не согласиться.
— Я просто хочу, чтобы нам больше не угрожали.
— Согласен, — Эвиас снова взглянул на Дасти и улыбнулся. — Она мне нравится.
Дрантос напрягся, мгновенно приготовившись при необходимости сразиться за Дасти. Но вместо нападения, гар-ликан лишь сказал:
— Слушай внимательно, что я тебе скажу, Дрантос.
Он ожидал угрозу.
— Я сделаю тебе подарок в виде информации. Старые мастера-вампиры не делились своими тайнами, оставляя в неведении созданных ими детей. Они полагали, что незнание поможет сохранить их власть и управление своими гнездами, — Эвиас выдержал паузу. — Во время сражений ликаны, как правило, отправляли детей и молодых самок в безопасное место. Все остальные же взрослые члены стаи оставались воевать и зачастую погибали. Так что большая часть их истории потеряна, — он помолчал. — Однако не у гаргулий. Мы храним записи всего, что узнали от обеих рас. За тысячи лет.