У нее не было слов. Дасти пыталась осмыслить все, сказанное им, но не могла уловить главного. Он ее любил — не заметить это было трудно, но поверить еще труднее. Они совсем недолго были вместе, многое пережили… но любовь?
— Ты когда-нибудь испытывала острое влечение к кому-то, кого впервые встретила?
Дасти задумалась над его вопросом.
— Конечно.
— Люди научились игнорировать свои инстинкты, вамп-ликаны же постоянно полагаются на них, чтобы выжить. Мне не нужно встречаться с тобой несколько месяцев или лет, чтобы понять, что ты моя единственная, Дасти. Мое тело, разум и инстинкты ясно дали понять, что ты для меня значишь. Если для тебя это важно, то в этом процессе должны участвовать и чувства. И если бы меня так не влекло к тебе как к личности, я бы не захотел быть твоей парой.
— Думаю, хорошо, что я это узнала. Я не говорю, что принимаю это, но можно поподробнее? Как конкретно это происходит.
— Ты так равнодушно об этом говоришь, — в его голосе была печаль.
— Извини, я не специально.
— Тебя воспитали как человека, и я пытаюсь об этом помнить. Мне бы хотелось, чтобы у нас все было по-другому, и, найдя свою пару, ты бы радовалась, так же, как и я.
— Прости.
— А что твои инстинкты говорят обо мне? Ты же всю жизнь их игнорировала, да?
Дасти закрыла глаза, пытаясь «почувствовать», что говорит ее тело. У нее было огромное желание взобраться к нему на колени и оказаться в его объятиях. Ей хотелось той близости и чувства тепла, которое он давал ей, просто находясь рядом. Она посмотрела на Дрантоса.
— Моя голова кричит, что пора делать ноги, но сердце хочет остаться с тобой.
Выражение его лица смягчилось.
— Всегда слушай свое сердце.
— Мне придется отказаться от жизни в Лос-Анджелесе?
— Да, это слишком опасно. Вамп-ликаны не могут жить в городе. До сих пор поражаюсь, как твоей матери это удавалось. Там ведь нет возможности изменить форму и свободно побегать. Я бы мог совершить подобное ради тебя, но это бы меня сломило. Не хочу тебе лгать. Если решишь вернуться домой, я не стану тебя останавливать, но последую за тобой. Ты моя пара: куда ты, туда и я. Но мы станем мишенью для каждого ликана и вампира. Они бояться вамп-ликанов, а на тебе будет мой запах. Ты понимаешь, почему это будет небезопасно? Я — отличный боец, но нас будут преследовать целые стаи и гнезда. Для меня это не проблема, если так я смогу быть рядом с тобой. Моя жизнь там, где ты, Дасти.
Она старалась не заплакать, но слезы все равно навернулись на глаза, и Дасти заморгала, пытаясь их остановить. Никогда, ни один мужчина еще не говорил ей такого, не выражал свои чувства так, что не возникало никаких сомнений — она для него целый мир. Дрантос практически говорил, что готов ежедневно сражаться, только чтобы быть рядом с ней.
— И ради меня ты бы попытался там жить?
— Без тебя я быстро зачахну. Я уже прикасался к тебе и знаю, какие чувства ты во мне пробуждаешь, и просто не смогу от этого отказаться. Я умру без тебя — у меня просто не будет желания жить дальше.
Дасти пристально посмотрела в его прекрасные глаза.
— Ты серьезно?
— Ты же чувствуешь, что это правда. Я никогда тебе не солгу.
«Может, влюбиться так быстро действительно возможно», — призналась себе Дасти. «Я люблю его. Как можно не любить? Парень говорит, что предпочел бы муки ада, только чтобы быть со мной, если бы я захотела жить в Лос-Анджелесе. И что он умрет, если меня не будет рядом».
— О чем ты думаешь?
— Что насчет других женщин? Я не потерплю измен, и именно в том смысле, в котором я это понимаю, а не вамп-ликаны. Это означает, что тебе не позволяется прикасаться к другим женщинам, а им к тебе. Если ты это сделаешь, я брошу тебя так чертовски быстро, что у тебя закружится голова. И никогда тебя не прощу.
Надежда настолько явно озарила его лицо, что это невозможно было не заметить.
— Даю тебе слово. Как только мы закрепим связь, мое тело будет реагировать только на тебя.
— Что ты имеешь в виду?
Дрантос повернулся к ней, развел бедра и показал, насколько твердым стал. Его член торчал вверх, толстый и гордый.