Земля под ней была твердая и холодная, ладони саднило — ободрала, когда падала.
Феба слышала дыхание Тревельона, спокойное и размеренное, и не к месту задумалась, отчего оно могло бы участиться. Может, от ее близости?
— Миледи. — Услышала она его мягкий низкий уверенный голос, который прогонял ее страх. — Миледи…
Она услышала топот — кто-то убегал прочь от того места, где они были.
— Леди Феба. — Услышала она голос мистера Маклиша, совсем близко. — Вы целы?
— Они ушли? — спросила она у Тревельона.
— Да. — Его голос был сух и лишен жизни, и Феба вдруг поняла — все не так! — Вас спас мистер Маклиш.
— А что произошло?
Вдруг тепло его тела перестало согревать ей спину, и стало холодно, хотя он и помог ей подняться на ноги.
— Как вы, леди Феба? Вас не ранили? — взволнованно спросил Маклиш. — Вот негодяи! Попытались похитить благородную даму средь бела дня! Слава богу, я вовремя их заметил.
— Я… нет, со мной все хорошо. Капитан, что…
Опять послышался топот: кто-то приближался бегом, — и она замерла, но раздался голос Рида, явно запыхавшегося:
— Простите, капитан, мы упустили мерзавцев. Кажется, одного вы достали своим выстрелом: кровищи было — жуть! У них были лошади — вон за теми деревьями.
— Вы сделали что могли, — успокоил его Тревельон по-прежнему бесцветным голосом. — Как вы, Хатуэй?
— Ранили в плечо, сэр. — Голос молодого лакея дрожал. — Тут… тут все в крови.
— Сейчас посмотрим. Рид, держите его другую руку. — Через мгновение Тревельон вздохнул: — Хреново дело.
Феба, шокированная, ахнула. Что за вульгарное выражение! Никогда в ее присутствии Тревельон так не выражался. Должно быть, положение действительно серьезное.
Она протянула руку капитану, но взял ее мистер Маклиш: она уловила запах чернил. Это неправильно! Чернила никак не улучшали ее состояние, не внушали доверия.
— Идемте, миледи, — сказал мистер Маклиш. — Должно быть, для вас это было ударом. У меня тут поблизости временное пристанище: так себе, пристройка под навесом, — но там я смогу предложить вам чашку горячего чая.
— Нет, — коротко отрезал Тревельон, и ей захотелось опять до него дотронуться, вдохнуть пряный аромат бергамота и сандала. Чем он так опечален? Сейчас ей ничто не угрожает, похитители бежали. — Мы отвезем леди Фебу домой, подальше от опасности.
— Тогда я с вами, — с вызовом заявил Маклиш.
Странно, но Тревельон спорить не стал.
— Очень хорошо.
Феба услышала отчетливые шаги, сопровождаемые стуком трости, и поняла — к великому огорчению, — что он не собирается вести ее к лодке.
— Сюда, миледи, — сказал Маклиш с нежной заботой, но ей-то нужен был Тревельон, только тот удалялся.
Ее сердце сжалось от страха — даже сильнее, чем при нападении на них.
Тогда она была в надежных руках Тревельона!
— Не бойтесь, я сумею вас защитить, — хвастливо заявил мистер Маклиш.
— Для этого у меня есть капитан Тревельон, — язвительно заметила Феба. Да и что он возомнил о себе, этот мистер Маклиш?
— Тем не менее, спас вас именно мистер Маклиш, миледи, — холодно заметил Тревельон, который шел где-то впереди.
— Что? — воскликнула она раздраженно. — Вы закрыли меня своим телом, капитан. Не думаю, что мне это привиделось.
— Действительно, миледи, я закрыл вас собой. — Его голос больше не звучал безжизненно, напротив: в нем звучали новые ноты… чего? Она не могла определить. — Однако именно мистер Маклиш, вооруженный лишь ножом, обратил негодяев в бегство, хоть они и были с пистолетами. Это он заслужил вашу благодарность… и мою.
— Послушайте, — засмущался Маклиш, — так поступил бы любой джентльмен на моем месте.
— Возможно, — кивнул Тревельон, — но я все равно благодарю вас: спасли жизнь миледи.
Неужели он переживает? Она ясно услышала в его голосе страдание.
Сердце Фебы ушло в пятки.
К горлу подступала тошнота. Карету ритмично покачивало, и Тревельон высунулся в окно, отчаянно пытаясь придать лицу безразличное выражение.
Он потерпел поражение — опять! Нельзя было соглашаться на эту поездку в «Хартс-Фолли»! Он осознал, что позволил себе слишком приблизиться к ней, и потому расчувствовался и дал согласие на эту вылазку. Он всего лишь хотел сделать ее счастливой, и это стало почти смертельной ошибкой.