— Для того, кто дернется, найдется еще пуля, — сообщил Тревельон.
— Джеймс! — раздался крик из смежной комнаты.
Капитан отдал второй пистолет Риду.
— Можете стрелять без предупреждения. — А сам бросился к смежной комнате.
Засов представлял собой простое устройство, с которым он быстро справился за пару минут.
Феба едва не упала в его объятия.
— Ох! Это вы?
На ней было старое голубое платье, которое она обычно надевала, когда ходила на конюшню. Девушка ткнулась носом ему в шею и всхлипнула, судорожно вздохнув.
Тут же лопнул обруч, сжимавший грудь Тревельона, и он едва не отдался всепоглощающему желанию завладеть дрожащими губами леди Фебы, но здравый смысл возобладал над чувствами, и, кашлянув, он сказал:
— Позвольте, миледи, я вас развяжу.
— О, благодарю вас! — воскликнула Феба, когда капитан, достав из сапога нож, осторожно разрезал веревку, стягивавшую ее запястья.
— Эй, ты, — обернувшись через плечо, крикнул он одному из похитителей, — есть еще веревка?
Тот перевел взгляд с Тревельона на пистолет в руках Рида, прежде чем кивнуть.
— Вот и отлично. Свяжи-ка своих приятелей, да покрепче. Я проверю.
Освободив леди Фебу от пут, капитан осмотрел следы, которые веревка оставила на ее коже.
— А ежели я не могу пошевелиться! — взвыл один из троицы.
Тревельон вздохнул.
— Связать своих приятелей ты точно сможешь.
Он вынул из кармана носовой платок и, разорвав пополам, осторожно перевязал запястья леди Фебы.
— Спасибо, — тихо поблагодарила она. — Я знала, что вы придете за мной.
— В самом деле?
— Не могу поверить…
Она беспечно улыбнулась.
— И вы здесь, не так ли?
Он смотрел на нее, не в силах поверить тому, что услышал. Разве она не понимает, что все это случилось по его вине? Он не должен был уходить. Следовало оставаться рядом с ней днем и ночью, пока похитители не будут найдены и обезврежены.
Слава богу, все обошлось. Больше он не совершит подобной ошибки.
Капитан обернулся. Рид связал и уложил второго похитителя на пол рядом с первым, поднял голову и кивнул.
— Поспешим, — сказал Тревельон, подталкивая леди Фебу к двери.
— Бросите нас здесь? — крикнул один из похитителей.
Тревельон обернулся.
— Лучше заткнуть им рты. Пусть полежат здесь, пока не приедет его светлость, чтобы их допросить.
Сделав, как было велено, Рид вместе с Тревельоном и леди Фебой покинул дом, закрыв за ними дверь.
— Лошади ожидают вон там, — сказал Тревельон и повел леди Фебу вниз по переулку.
— Как хорошо, — обрадовалась она.
Алф стояла в том же положении, в каком ее оставили. Поводья были зажаты в ее руках так крепко, что костяшки пальцев побелели. У Тревельона мелькнула мысль, что девушка, похоже, даже не пошевелилась за время их отсутствия, и он похвалил ее:
— Молодец, но у меня к тебе еще одно дело. Можешь передать кое-что герцогу Уэйкфилду?
— Конечно.
Наклонившись, капитан что-то сказал ей на ухо, отчего глаза у нее стали как блюдца.
— И смотри: никому! А еще продолжай работать по тому делу, о котором мы толковали вчера вечером.
— Да, сэр! — улыбнулась девушка и тут же убежала.
— Рид, — повернулся к лакею Тревельон, — у меня есть дело и для вас. Только вам придется оставить службу у герцога и временно поступить в мое распоряжение. Не могу обещать, что потом он возьмет вас обратно.
— Я с вами, — твердо сказал Рид. — Как всегда буду. Можете на меня положиться, кэп. Тревильон улыбнулся.
— Благодарю.
Выслушав указания капитана, Рид вскочил в седло и был таков.
— Капитан, вас прямо не узнать, — заметила Феба. — Секретничаете, шушукаетесь.
Усмехнувшись, он коснулся ее руки, чтобы помочь сесть в седло.
— А мы что, опять поедем вместе?
— Если вы не против, миледи.
— После того, как вы спасли меня от похитителей, я на все согласна, — рассмеялась Феба. — Не очень-то радостно, когда тебя замуж насильно отдают.
— Так вот в чем дело…
Тревельон спокойно сел на коня позади Фебы, хотя внутри все кипело от бешенства.
— Думаю, так оно и есть: я подслушала.
— Тогда знайте, миледи: пока я рядом, этого не будет, — твердо сказал Тревельон.
Больше никаких случайностей! Все, что касалось безопасности леди Фебы, он мог доверить только себе.
Глава 9
Пока они неслись по улицам Лондона, голова Фебы уютно покоилась на широкой груди капитана, и ее совершенно не волновало, что такое поведение могли бы счесть неприличным. Ведь он нашел ее и спас, когда положение было отчаянным. Вокруг витал его аромат — тот, что она ему подарила, — и ей было очень приятно ощущать его. Отныне сандал и бергамот стали для нее гарантией безопасности… и, возможно, не только.