- Тош, принеси стулья с кухни, ладно? А то все мы на этой кровати не поместимся, если хотим поберечь эту болезную. - Юля нежно погладила молодого человека по плечу, и он, улыбнувшись своей девушке, без вопросов пошёл на кухню.
- Заодно и чайник поставь! - Света крикнула уже ушедшему одногруппнику.
- Я могу поставить только тебя на место, с чайником сама справишься. - Антон поставил стулья для себя и Юли возле кровати, а Света, показательно вздохнув, слезла с кровати и пошла на кухню сама.
- Я хотя бы попыталась!
- Ну как ты? - Антон смотрел на меня с дикой смесью сочувствия и ужаса.
- Эй! Никакого допроса без меня! - Крик из кухни раздался такой оглушительный, что дверь в комнате моего брата с грохотом захлопнулась. Не выдержал.
- Тогда всем завари чай!
- Дармоеды!
- Не хами!
- Не буду.
Я сидела на кровати и переводила взгляд от одного друга к другому, пытаясь осознать чем мне грозит это нашествие. Ну, как минимум ожидалось чаепитие, что уже неплохо. И пока Света гремела кружками, что-то явно недружелюбное бурча себе под нос чуть слышно, мы как три идиота смотрели друг на друга, не произнеся ни слова, ожидая нашего мастера чайной церемонии, который завалился в комнату спустя несколько минут, таща на подносе четыре кружки, пиалку с печеньем, которое она где-то нашла, и сахарницу.
- Сахар сами как-нибудь. - С этими словами мне в руки пихнули кружку и уселись обратно рядышком на кровати. - Ну, теперь вещай.
- Да мне вроде и рассказать нечего. - Я честно даже не представляла, что могу поведать друзьям.
- Ну конечно нечего. Особенно если ты заблудился на кладбище, тебя всю ночь чуть не с собаками искали все кто можно, а кто нельзя просто тихо сходил с ума, ожидая новостей, а потом ты вся такая сразу в гипсе оказалась у себя дома на кровати. Так было дело? - Света недобро прищурилась.
- Практически… - Я боязливо согласилась с перечисленным.
- Юль, умоляю, повлияй на неё, иначе я её тресну, а мне потом её профессор что-нибудь сделает за это. А мне нельзя, чтоб меня чужие профессора трогали.
- Только своим можно? - Антон радостно заржал, за что получил затрещину. Тут всё просто, за него мой профессор заступаться не станет, а Юля всегда на стороне правды: не можешь держать язык за зубами - получай.
- Я что-то пропустила? - Меня не отвлекло их рукоприкладство от явно каких-то интересных новостей.
- Нет, что ты, ничего интересного. - Света состроила совершенно невинное выражение лица. - Прям как и у тебя. Только без гипса. Так что вообще скукота.
- Да поняла я, поняла. Расскажу, что помню, не надо тут только на мне свою психологию отрабатывать.
- Вот и славно. Начинай.
И я начала свой рассказ ровно с того момента как мы расстались дома у Юли и Антона после нашей горе-вечеринки, закончившейся откровенной попойкой. Рассказала практически всё, опуская лишь моменты, связанные с Ваней, когда он переступал дружескую черту - этим я не была готова ни с кем делиться, а Антон благоразумно помалкивал, хотя ему было что добавить к моей и без того красочной истории. Девчонки смотрели на меня во все глаза, а на моменте, когда нас понесло на кладбище, Юля многозначительно посмотрела на мой гипс и вдруг неконтролируемо залилась смехом, сквозь который я чётко смогла разобрать то, что она уверена в том, что знает, как именно я сломала ногу. Мне стало немного обидно, но на самом деле обижаться было совершенно не за что - все опасения подруги были верны, я была слишком предсказуема в своих приключениях. Моих друзей, наверное, мог бы удивить только медведь, который бы погнался за мной в каком-нибудь лесу. Хотя, если я соберусь вдруг в лес, думаю, про медведя все сразу подумают в первую очередь. Не могу себе представить, чем удивить своих близких, если они на историю со сломанной на кладбище ногой говорят, что другого и не ожидали.
Я закончила рассказ своим феерически скучным пробуждением в чужом доме и с гипсом чуть не до пупка, опустив подробности перестрелки, которая меня и загнала на дно холодной, сырой и негостеприимной могилы. Но, судя по нахмуренному лбу Симонова, он был посвящён и в эту часть истории, но благоразумно промолчал и здесь. Когда я умолкла подруги смотрели на меня с недоверием. Света поджала губы и неодобрительно покачала головой.