— Благодарю. Можно ещё один вопрос? — спросил Киран.
— Задавай сколько хочешь вопросов, — по-доброму сказала Элен. — Не надо каждый раз переспрашивать. Ведь Марк назвал тебя братом, значит, ты теперь тоже мой внук, а внукам я готова рассказать всё, что могу.
— Благодарю, — снова искренне поблагодарил её Киран. — Для меня действительно важно знать то, что я сейчас спрошу. Мне надо знать: Рэд — он передумал и решил вернуться к Марку или всё же не хотел уходить?
— Он никогда не собирался бросать своего единственного сына, но сделал это по глупости! — возмущённо ответила бабушка. — Не послушался старших! Много раз ему говорили не лезть куда не следует. Он пообещал, что не будет, а потом ослушался и полез! Пусть этим он и дал нашему миру надежду на спасение… Но! Это не снимает с него ответственности за свой Род. То, что Марк вырос без родного отца и матери — его вина от начала и до конца! У него было двадцать шесть лет об от этом подумать, шестнадцать из них в полном одиночестве, вот пусть теперь сам с сыном и разбирается. Мирить я их не собираюсь!
Сначала Киран подумал, что возмущающиеся бабушки опасны, и невольно отшагнул от неё на полшага в сторону, продолжая идти рядом, но потом он всё же осмыслил услышанное и подшагнул обратно. Ему почему-то показалось, что судьба Рэда могла быть такой же, как и его… Пусть Киран и слушался тогда взрослых, но это его не спасло от трёх месяцев одиночества на борту спасательной капсулы. Как в таком состоянии можно прожить шестнадцать лет и не свихнуться, он понять не мог.
Вопросов у Кирана больше не было, и дальше они шли молча до самого корабля.
Увидев Леона на корабле, Кирану почему-то вспомнился Эрик, а следом и вчерашний разговор Марка о дружбе.
«Видимо, это меня до сих пор мучает совесть за то, как я обошелся с бывшим другом», — подумал он.
«С каким из?» — усмехнулся его внутренний голос.
«Да с обоими», — ответил сам себе Киран и, чтобы больше сегодня не думать о дружбе, подозвал к себе Леона.
— Леон, ты знаешь, где Эрик сейчас живёт? — спросил он.
— Думаю, все там же, — ответил Леон, — в доме над пещерами.
— У меня к тебе будет личная просьба. Найди его и передай, что Марк сейчас находится в усадьбе графини Дэйнеры, и у него есть возможность перехватить его завтра утром. До вечера можешь быть свободен, я за грифоном присмотрю.
— Слушаюсь, капитан, — ответил Леон и сразу же покинул корабль.
— Извини, что лезу не в свое дело, — с интересом спросила Элен, — но вы сейчас говорили об Эрике Винсене?
— Да, — ответил Киран.
— Значит, они всё ещё друзья, — задумчиво проговорила она.
— Не сказал бы, — скептически ответил Киран и тут же добавил: — Но пусть лучше Марк вам сам об этом расскажет, а сейчас идёмте, я познакомлю вас со своей второй «девушкой».
Элен усмехнулась и пошла знакомиться с грифоном. Вскоре они взлетели и через два часа уже были у самолёта, который до сих пор преданно их ждал на лесной поляне.
Со своей «девушкой» Киран договорился, что она где-нибудь погуляет, пока их не будет, а потом подождёт их на поляне, и стоило той скрыться за кронами деревьев, как он потерял всякое самообладание и тут же бросился к самолёту под доброе посмеивание бабушки.
Киран обошёл его по кругу, заглянул снизу, потрогал, обнял и уже готов был положить в карман и унести домой играться, но самолёт в карман не влазил, и Киран с настойчивостью и нетерпением пятилетнего дитя скомандовал:
— Бабушка, открывай!
Бабушка подошла к правому борту и достала из нагрудного кармана небольшую черную пластину размером с пол-ладони. Она приложила её к углублению такой же формы в борту самолёта и вдавила внутрь. Послышался щелчок, и как только бабушка убрала руку, пластина закрылась выехавшей панелью. Борт самолёта снова стал гладким и бесшовным, но Киран точно запомнил то место, куда вставляется ключ, и подумал, что надо будет потом привести Элен в подземный ангар Эрика и попробовать вместе открыть те орбитальные самолёты, что он там тоже видел.
«Может, они ещё на ходу?» — с надеждой подумал Киран, но тут на самолёте подсветились надписи и контуры различных панелей, и он напрочь забыл обо всём на свете, кроме того, что видел сейчас перед собой.
Бабушка нажала на две надписи, и из борта выехали два откидных трапа.
— Ну, залазь, — улыбнулась она и полезла наверх по тому, что был ближе к носу самолёта.
У нижнего края смотровой части кабины она нажала на ещё одну панель, и верхняя часть кабины с шипением отъехала на треть назад, а потом её передний край поднялся под углом в воздух.
Не успела бабушка обернуться к Кирану, как тот уже залазил в кресло второго пилота.