Лишь когда по залу пронесся странных звук жужжащего колокола, Ванесса поняла, что она увлеклась и опоздала.
— Блин-н-н! — в панике закричала она и побежала на выход из купола, а Остин уронил на пол металлическое кольцо, которое кружилось в снежном вихре и заледеневало то с одной, то с другой стороны.
— Ты в порядке? — помчался за ней Остин, но догнать смог только у подъемника и вскочил в него следом за ней.
— Я опоздала! — в панике затараторила Ванесса, прикладывая медальон к цифре семь на стене. — Вильгельм меня наругает! Кэти убьёт! Леон улетит без меня!
— А тебе не вниз? — с сомнением в голосе спросил Остин.
— Нет, на крышу!
— И на чём ты оттуда улетать собралась? — рассмеялся Остин. — Крылья отрастишь?
— На грифоне! — гордо ответила Ванесса и тут же в ужасе закрыла рот руками — поняла, что снова проговорилась.
— И зачем такие сложности? — спросил Остин.
Ванесса замотала головой из стороны в сторону, мол, не скажу.
— Да ладно, я… — начал было Остин, но тут дверь кабинки открылась, и Ванесса в панике выбежала.
Остин так и остался в кабинке, и вскоре она поехала вниз.
Вильгельм нашелся стоящим в коридоре у двери своей комнаты.
— Что ж вы опаздываете, сударыня? — строго спросил он, когда она к нему подбежала и остановилась как вкопанная.
— Извините, я не хотела, — виновато ответила она, потупив взгляд.
— Идём, пока твой «принц на грифоне» не улетел, — ответил Вильгельм и прошёл мимо неё к подъёмнику.
Когда они зашли внутрь, он дотронулся рукой до крыши на рисунке башни на противоположной от цифр стене кабинки, и двери тут же закрылись. Открылись они уже на крыше.
Ванесса вышла и огляделась. На улице было так солнечно! Так свежо! Так радостно! Она вдруг явно осознала, как ей этого всего не хватало все эти недели взаперти. Она даже на миг зажмурилась и понежилась в тёплых солнечных лучах.
— Дальше сама, — послышалось из-за спины, и она вспомнила, зачем она здесь.
Ванесса открыла глаза и прищурилась от яркого света. Приставив руку козырьком, она разглядела, что к ней уже идёт Кэти, а десятке шагов за ней стоит улыбающийся Леон и огромный грифон!
Ванесса так и не успела понять, кто ей нравится больше, Леон в приталенном коричневом сюртуке, штанах в тон и высоких начищенных сапогах или рыжий грифон за его спиной, как поняла, что уже бежит к ним на встречу. Всё её обиды и печали остались далеко позади, и она, радостно врезавшись в Леона, тут же его обняла.
— И тебе привет, — обнял он её в ответ.
— Ты вернулся! — Ванесса радостно посмотрела на него снизу вверх, совсем забыв, что вернулся-то он пару дней назад, и она успела его уже один раз прогнать.
— Вернулся, — улыбаясь ответил Леон, — и готов тебя катать, как и обещал. Но вам сначала надо познакомиться.
Ванесса выглянула из-за Леона и посмотрела на грифона. Тот с интересом разглядывал её одним глазом, чуть склонив голову набок и слегка приоткрыв хищный клюв. Только сейчас до неё дошло, что ей надо приблизиться к этой грозной полуптице вплотную, чтобы на неё забраться, но она с удивлением поняла, что совсем не боится. И не потому, что её прикрывает и обнимает Леон, а просто не боится и всё.
— А можно его погладить? — шепотом спросила Ванесса, снова взглянув на Леона.
— Это девушка, — шепотом ответил Леон. — Сейчас спросим.
Он подмигнул Ванессе и развернулся лицом к грифону вместе с ней. Ванесса оглянулась через плечо и подумала, что невежливо к грифону стоять спиной, после чего тут же высвободившись из объятий, скромно встав рядом с Леоном.
Будто читая её мысли, грифон одобрительно фыркнул.
— Ты ей нравишься, — перевёл Леон. — Она разрешает тебе до неё дотронуться. Давай сюда руку.
Ванесса несмело протянула Леону правую руку, он взял её за запястье и подвёл к шее лежащего на крыше грифона.
— Мы будем гладить по росту перьев, — сказал он, беря её сверху за ладонь, как маленькое дитя, которого учат гладить кошек. — Расслабь руку и прикоснись нежно кончиками пальцев. Я тебе помогу.
«У него такая грубая ладонь, — успела удивиться Ванесса, прежде чем её пальцы коснулись грифона, и начала думать она уже о перьях. — Такие тёплые, жёсткие и шелковистые! Такие приятные! Хочется обнять! Весь день бы сидела и гладила!»
Грифон довольно фыркнул.
— Она говорит, что ты можешь её обнять, — перевёл Леон.
«Будто читает мои мысли!» — удивилась Ванесса и обернулась к Леону.
— Точно можно? — недоверчиво прошептала она.
— Можно-можно, — улыбнулся он и отпустил её руку.
До шеи Ванесса не дотягивалась, но это её ничуть не смутило, и она, широко расставив руки, обняла грифона за бело-рыжую грудь и уткнулась в него носом.