— Молчать! — строго перебила его лекарь.
Что было дальше, Эрнест не слышал — он ушёл.
«Что-то мне кажется, что я чего-то не знаю, — задумался он, выходя в коридор первого этажа и поворачивая налево к столовой. — С каких пор Снежка стала на людей бросаться? Может, вчера что-то произошло, о чём я не знаю? Надо будет у Кэти спросить».
Позавтракал он быстро и вернулся к себе, но Кэти там не оказалось. Он сходил к ней — никто дверь не открыл, и Эрнест решил действовать согласно изначальному плану — пойти к Вильгельму.
— Здоров, Вил, — жизнерадостно поздоровался он, когда ему всё же открыли дверь после нескольких минут настойчивого стука. — Может, просветишь, что у вас тут стряслось, пока я два дня пропадал на пятом этаже?
— Здоров, заходи, — ответил Вильгельм, устало потирая переносицу.
— Что-то ты неважно выглядишь? — скептически окинул его взглядом Эрнест, закрывая за собой дверь. — Опять начал пить, что ли?
— Начнешь тут, как же, — вздохнул Вильгельм. — Да обо мне вдруг вспомнил граф Неррон, будто мне и без него нечем заняться. Ладно, неважно. В общем, нашу прекрасную принцессу позавчера чуть не выкрали, но её спас её прекрасный принц, который чуть при этом не распрощался с жизнью.
— Это во время прогулки на грифонах? — хмуро уточнил Эрнест.
— Да. Они вчера заявились все в окровавленных одеждах, но без видимых повреждений. Снежка утверждала, что когда на них напали, её спас Леон, усадив на грифона и отправив в небо, а его самого потом спас смертельных ранений грифон, который его вылизал. Говорила она это очень уверено, это не было похоже на манипуляцию сознанием, так что я думаю, её рассказу можно верить, Леон действительно на её стороне.
— Мы знаем, кто на них напал?
— Нет, но на их стороне были боевые грифоны, а значит, это были не простые разбойники. Так что теперь я более чем уверен, что Дэмис знает, что Ванесса у нас. Пришлось поторопить события и срочно отправить Леона к отцу с нашим предложением. Тот обещал там быть в кратчайшие сроки, и думаю, ему в этом можно верить. Выглядел он как человек, заглянувший в глаза смерти и до сих пор в них смотрящий. Такие обычно не медлят ни с выполнением просьб, ни с принятием решений.
— Хорошо, что всё сдвинулось с мёртвой точки, — задумчиво произнес Эрнест, — и теперь понятно, почему Снежка на людей бросается.
— Снежка? — удивился Вильгельм.
— Да, она сегодня набросилась на некоего Остина, мага второго уровня, с упреками, что тот их с Леоном кому-то сдал, и чуть не придушила. Ты что-нибудь о нём знаешь?
— Только то, что он в списках числится, — равнодушно ответил Вильгельм.
— Не хочу я тут твоих подопечных пытать, так что я его к тебе приведу, когда Нона его подлечит, а ты с ним сам и разбирайся.
— Договорились.
— Нужен ли я тебе, пока Леон не вернется? — без особо интереса спросил Эрнест.
— Пока не знаю.
— Тогда ищи меня на арене пятого этажа, если понадоблюсь.
— Всё же решил переехать? — усмехнулся Вильгельм.
— Нет, — невозмутимо ответил Эрнест. — Просто экспериментирую. Так, я за Остином, а ты готовь пока свои сыворотки правды, что ли.
— Жду, — ответил Вильгельм, и Эрнест ушёл.
Когда Эрнест вернулся в лазарет, Снежки там уже не было, а вот Остин его преданно ждал с левой рукой на перевязи и забинтованной шеей.
— Рёбра хоть целы? — усмехнулся Эрнест его жалкому виду.
— Три сломал, — буркнул Остин, но голос его уже был нормальным.
— Отлично! — воодушевился Эрнест. — Идём теперь тебя пытать.
Остин заметно напрягся и с койки вставать не спешил.
— Не бойся, — добродушно ответил Эрнест. — Вильгельм у нас добрый. Он никого не бьёт, только дрянью всякой поит, от которой кишки плавятся.
Остин нервно сглотнул.
— Но ты же у нас мальчик честный? — продолжал добродушно улыбаться Эрнест. — Значит, всё с тобой будет хорошо. Он честных любит.
Остин нервно кивнул.
— Встал и за мной! — приказал Эрнест и пошёл на выход.
Остин тут же спрыгнул с койки и побежал следом, морщась от боли. У двери Вильгельма он ещё сильнее побледнел и оцепенел. Эрнесту пришлось его впихнуть внутрь и закрыть за ним дверь. Что будет дальше, его не интересовало. Он спустился на пятый этаж и пошёл снова проверять барьер арены на прочность.
Вильгельм его нашёл на следующее утро и пригласил к себе на чай.
— Остин здесь ни при чём, — сказал он, выдавая Эрнесту чашку с какой-то мутной дымящейся жидкостью буро-зеленого цвета, от запаха которой у Эрнеста глаз дёрнулся.
— А я здесь причём⁈ — взмолился Эрнест, ставя чашку на стол и отодвигая её подальше от себя.