Он на неё удивленно уставился.
Марена рассмеялась:
— С людьми же ты справляешься, с грифонами тоже. Дело за малым — приручить дерево!
— Я тебя обожаю! — воскликнул он и, обняв Марену, крепко прижал её к себе.
— Эй! Раздавишь! — возмутилась она.
— Ой! — испугался он и тут же её отпустил, а потом нагнулся к её животику и спросил: — Детки, вы в порядке?
— Говорят, что в порядке, — улыбнулась Марена.
— Вот и славно, — чмокнул он её в животик. — Идёмте, будете нам с мамой помогать нужное древо искать.
— Они согласны, — хихикнула Марена.
— Тогда ведите, где вы хотите погулять, — сказал Орэн и, распрямившись, посмотрел на Марену. — Куда идти?
Марена сделала вид, что задумалась, а потом ткнула пальцем куда-то дальше по дороге и немного правее от неё, в высокую кучу бурелома.
— А они не ищут лёгких путей, — усмехнулся он. — Ну, полезли через бурелом, что поделаешь. Куда не сунешься ради любопытного потомства.
Марена хихикнула, и они пошли по дороге к тому месту, на которое она указала.
— Это была не пошлость, если что, — добавил Орэн, и Марена снова покраснела.
«И как она всегда умудряется реагировать на мои шуточки как в первый раз, даже зная, чего от меня ожидать? — всё удивлялся он. — Та ещё загадка».
— Пошляк, — стукнула его кулачком по плечу Марена.
Часть 4
Глава 9. Душа Леса
Орэн
На следующий день.
Сегодня Орэн прилетел в лес один. Он приземлился на грифоне на дорогу недалеко от того места, где они вчера нашли вроде бы подходящее дерево, и, отправив свою «девушку» гулять до вечера, сошёл с дороги и полез пробираться через бурелом к нужному месту. Минут через десять он был на месте.
Дерево, что они выбрали, было немного необычным. Его огромный главный ствол, как и у многих деревьев вокруг, был расколот широкой трещиной до самой земли, а внутри оно выгорело, но рядом с ним торчал из земли небольшой обугленный пень, что был Орэну по грудь. У основания он был с три ладони в диаметре, а к верху сужался до одной. Это был единственный целый пень, что Орэн здесь встречал, и он вполне подходил под описание целого комля, что они искали. Да и Марена была уверена, что этот пень связан с основным деревом единой корневой системой, как отросток, а значит, Душа всего большого древа могла сбежать сюда, а если и нет, то и у этого дерева могла оказаться своя Душа.
Вчера уже было поздно о чём-то договариваться с деревьями, и они улетели обратно вскоре после того, как его нашли. Сегодня же Орэн решил с ним пообщаться. Опыта «общения» с деревьями у него не было, поэтому он решил применить к нему свои грифоньи тактики: убедить дерево в своей безопасности, нарисовать радужную будущее, втереться в доверие и склонить к тому, что ему действительно необходимо именно сейчас.
«Раз глаз у дерева нет, то и мои мне сейчас не понадобятся, — рассуждал он, присаживаясь перед деревом на колени. — А раз я не могу наладить зрительный контакт, да и не уверен, услышит ли оно мою речь, то остаётся только осязание, ведь общаться запахами я тоже не умею».
Орэн снял правую перчатку и приложил ладонь к отростку почти у самого основания. Закрыл глаза. За глазами оказалось темно, как и обычно. Сколько он не проверял здесь различные деревья, они никогда не вели себя так же, как их сородичи в Священном Лесу: не заряжали жизненной силой и ничего не показывали.
— Здравствуйте, — доброжелательно заговорил Орэн. — Я пришёл с миром. Я искренне желаю возродить эту часть Священного Леса, но всё не могу найти способ. Мне подсказали, что для этого надо найти Душу Древа и дать ей обрести новое тело. У меня есть древний артефакт Рода и друг, который умеет им пользоваться. Думаю, они смогут помочь обрести вам новое тело и прорасти. Не знаю, слышите ли вы меня, но я был бы очень рад, если бы вы мне ответили, и мы смогли об этом поговорить.
Дерево молчало, и Орэн продолжил.
— Трагедию здесь устроили не люди из соседнего поселения. Они вас очень ценят и уважают и никогда бы в обиду не дали. Как я понял, предотвратить то, что здесь произошло, было выше их сил, но исправить случившееся они хотят и по сей день. Пусть я и не родом отсюда, но я взялся им помочь. Правда, не скажу, что намерения мои благородные. Я лишь хочу, чтобы дорогой мне человек перестал думать о том, с чем справиться не может, и встал обратно на свой истинный Путь.
Никто Орэну всё также не отвечал, не шелестел и не поскрипывал, но тот не унывал и продолжал гнуть свою линию.
— Если вы согласитесь на моё предложение, то со своей стороны я обязуюсь оберегать новорожденный росток по мере своих сил и возможностей. Насколько я могу судить, место здесь безжизненное, и вам не должна угрожать опасность от вредителей из мира животных. Люди тоже здесь появляются редко. Не знаю, сможете ли вы здесь расти, но если вы мне скажете, что для этого нужно, то я организую. А напоследок я бы хотел сказать вот что. Я думаю, что местные жители очень обрадуются, если вы вернётесь к жизни, и будут всячески вас лелеять и оберегать, так же, как и я. А далее я вместе с ними продолжу искать способ вернуть к жизни и все Священные для них Древа вокруг. Это всё.