Шёл до вечера. Шёл всю ночь. С рассветом вышел на дорогу. Побежал!
У меня оставался ещё один день, чтобы покинуть Град, и мне нужен был второй, чтобы добраться до Эренска. У Насти не было этого второго дня, и чтобы она ничего не узнала и не страдала, мне надо было сесть на корабль, который уходил сегодня на закате, а к утру добраться до Эренска.
Через несколько часов мою дорогу снова преградили трое. Я перешёл на шаг и продолжил быстро идти им навстречу.
«Ага, вот этот, с расквашенным лицом — Ростик, — распознал я и возмутился: — И чё им неймётся⁈»
Они сидели верхом и молча на меня смотрели. Я подошёл и остановился в нескольких шагах от них, а затем расстегнул ворот куртки и указал на клеймо на шее. Расстегнул куртку до пояса и, указав на флягу, сделал всем понятный жест, что я их поубиваю, если они меня тотчас же не пропустят.
Главарь усмехнулся и спросил:
— Марк Эренский?
Я кивнул.
— Нас послали тебе помочь, — укоризненно сказал он, — а ты бежать.
Я пожал плечами, мол, откуда мне знать было, а про себя подумал: «И верь сказкам после этого…»
— Помощь ещё нужна? — просил главарь.
Я кивнул и указал на коня.
— Ростик, — дай ему своего коня.
Ростик соскочил с коня, но на этот раз грациозно, а я, подойдя к нему, пожал ему руку, мол, извини за прошлый раз. Слегка поклонился всем в знак благодарности, вскочил на коня — и был таков…
В Эренск я въехал на рассвете.
Часть 1
Глава 16. Живая вода
Настя
Настя проснулась от скрипа двери. Нехотя поворочалась, убеждая себя, что это ей или приснилось, или послышалось, и натянула одеяло повыше.
Скрип повторился приближающимися шагами, и она всё же решила повернуться на другой бок, чтобы разглядеть, что происходит. Девушка себя здесь чувствовала в безопасности и не особо переживала о нежданных гостях. Вот кто полезет на третий этаж центрального здания Ордена Ниев, где могли жить только члены Ордена?
«А… Марк… Марк пришёл… Ну хорошо…» — подумала Настя, сонно приоткрыв один глаз, но тут же его закрыла и продолжила спать дальше.
Но не тут-то было! Её бесцеремонно раскрыли, и ей тут же стало холодно.
— Да что ты делаешь⁈ Холодно же!!! — возмутилась она, окончательно проснувшись и пытаясь вернуть себе сбежавшее одеяло.
Марк беззвучно смеялся, а одеяло убегало всё дальше…
Пришлось Насте за ним вскочить, но её перехватили, вернули обратно на кровать и бережно уложили.
— Одеялом хоть меня укрой! — всё возмущалась она. — Мне так холодно будет!
Марк, всё продолжая улыбаться, приложил палец к губам, призывая её помолчать, и отстегнул с пояса флягу.
«Какой-то он подозрительно молчаливый», — заподозрила неладное Настя, пока он раскручивал флягу, но ничего не сказала.
Марк приоткрыл флягу на небольшую щёлочку и, налив себе немного воды в ладонь, смазал Насте одну руку. Эту же процедуру он повторял несколько раз, пока не обработал все её ожоги на руках и ноге. Кожа девушки начинала светлеть прямо на глазах, а рубцы расправляться и исчезать.
Когда на Насте не осталось ни одного красного пятна или рубца, Марк открыл флягу и поднёс её к Настиным губам, мол, пей.
Настя сделала пару глотков, и её глаза расширились от радости: «Вкус дома! Настоящего дома! Это вода из Дремира! Даже вниз по течению Эвенны она другая на вкус… Живая Вода… От неё так радостно, так тепло внутри! Как я по ней соскучилась уже…». Но тут радость в её глазах сменилась ужасом, и она воскликнула с неподдельным страхом в голосе:
— Ты был в Дремире⁈
Марк кивнул и весело улыбнулся.
— Зачем… — прошептала она.
Марк её чмокнул в носик и погладил по шее.
— Так! Почему ты молчишь⁈ — взяла в себя в руки Настя и наехала на него. — А ну признавайся!
Марк беззвучно засмеялся, и до Насти дошло, что она сказала глупость. Она засмеялась в ответ, но быстро перестала и серьёзно спросила:
— Какую цену ты заплатил? Это на всю жизнь?
Марк почесал затылок и пожал плечами, мол, понятия не имею.
— А ну, показывай! — скомандовала Настя и попыталась встать с кровати, но у неё отобрали флягу и уложили обратно.
Не успела она снова встать, как её укрыли невесть откуда взявшимся одеялом, замотали в него, как гусеницу в кокон, и чмокнули в лобик: «Мол, отдыхай». Марк ушел и тихо притворил за собой дверь.
Настя размоталась, спустила ноги на пол и оглянулась. Открытая фляга осталась стоять на тумбочке у кровати. Она бережно её взяла обеими руками, закрыла и потрусила. По звуку она поняла, что на дне плескалось ещё немного воды.