Любомир мне слегка кивнул и пошёл относить Факел на его место в комоде у стены, а я возмущённо подумал: «Хоть бы мел с него стёр! Никакого уважения к наследию Предков!»
Но тут меня посетили сомнения: «Может, Факел не так уж и крут, если он его совсем не ценит и не бережёт?»
Я попрощался и вернулся домой. Там я ещё пару часов мысленно «натягивал» стихии на схемы печей, деревьев и так далее, и понял, что мой мозг так расплавится и вытечет через уши. Мне надо было это всё куда-то выгрузить из головы. Память памятью, но я лучше соображаю, когда есть на что физически смотреть.
Вспомнив, что у меня где-то был блокнот, я его нашёл и туда всё зарисовал по памяти, а потом пошёл проветриваться. Пусть тело у меня до сих пор и болело, но от пробежки я сегодня отказываться не стал.
Вернувшись, я снова засел за схемы, отметив про себя, что с «домашним заданием» мне дома теперь хоть есть чем заняться. И чего он раньше его не задавал?
Часть 2
Глава 21. Берега́
Орэн
Три дня спустя.
Орэн стоял по колено в снегу у края лесной поляны и, приложив ладонь козырьком к лицу, смотрел в небо. За его спиной тихо посапывал грифон, а за вторым он наблюдал в ярко голубом небе.
Грифон в небе то парил, описывая широкие окружности над лесом, то срывался вниз и пикировал до самых крон деревьев, а потом снова взмывал вверх, то крутился по спирали, то складывал крылья и падал лапами вниз, быстро теряя высоту, но не пикируя…
«Хорошо получается, — мысленно хвалил Ярослава Орэн. — Как-то уж слишком подозрительно хорошо он обращается с „девушкой“… Что-то явно недоговаривает… Завтра уже можно приступать к парным боевым тренировкам, вот только надо понять, что же он недоговаривает, а то я чувствую себя идиотом».
Орэн понял, что он увидел достаточно, и решил, что можно и отдохнуть, пока дожидается своего ученика. Пока его грифон дрых, заняться ему было больше всё равно нечем. Он растянулся на пледе, что заранее постелил рядом с грифоном, и закрыл глаза. Спать ему не хотелось, просто и небо, и снег вокруг были слишком яркими, чтобы на них долго смотреть.
«Интересно, как Маренка там поживает… Соскучился я… Никогда не думал, что можно скучать по девушке, по одной особенной девушке. На других даже смотреть не хочется, когда её нет рядом — нужна только она. Интересно, почему раньше такого не было?..»
Мысли его стали забредать явно не в ту степь, и Орэну пришлось укатиться с пледа и засунуть голову в снег, чтобы их остановить. Помогало не очень, но тут он услышал хлопки крыльев и дрожь земли, а следом и насмешливый голос Ярослава:
— Наставник, ты что, решил в снегу утопиться?
Пришлось выныривать и пытаться вытрясти снег из растрёпанных, слегка вьющихся русых волос с медным отливом.
«Давно пора стричься, — подумал Орэн, но потом вспомнил, что он отращивает волосы, чтобы его седина не так странно смотрелась, и поменял мысль: — Пора уже волосы в хвост завязывать, что ли? А то скоро сам себя в зеркале не узнаю».
— Ну как? — спросил Ярослав, подойдя поближе.
— Не помогло, — ответил Орэн.
— Что не помогло? — не понял Ярослав.
— А что «ну как»? — усмехнулся Орэн и на него посмотрел.
Ярослав закатил глаза, вздохнул и ответил:
— Я хотел спросить, как у меня получается летать? Нормально?
— Отлично получается! — честно признался Орэн и улыбнулся.
— Я серьёзно спрашиваю! — возмутился Ярослав.
— Я серьёзно и ответил, — продолжая улыбаться, ответил Орэн, а потом его лицо сделалось задумчивым, и он спросил: — Можно личный вопрос?
— Спрашивай, — равнодушно ответил Ярослав, всем видом показывая, что он готов к любым вопросам.
— Ты девственник? — невозмутимо спросил Орэн.
Ярослав покраснел, но всё же ответил:
— Н-нет.
— О как! — воодушевился Орэн. — Значит, я не ошибся. И ты не женат?
— Нет, — уже «остынув», ответив Ярослав.
— Как интересно… Ты садись, не на допросе, — предложил Орэн, подвинувшись на край пледа.
Ярослав сел рядом.
— А девушка есть?
— Нет у меня девушки! Чего пристал? — возмутился Ярослав.
— Не кипятись, — похлопал его по плечу Орэн. — Мне действительно интересно, где вы девушек берёте тогда? Им же до свадьбы нельзя, как я понял. Да и во внешний мир вы тоже вроде бы не бегаете.
— Тут возможны варианты… — уклончиво ответил Ярослав.
— И-и-и? — не сдавался Орэн. — Давай, рассказывай. Мне про Семейный Уклад мало чего успели тогда рассказать. А теперь и спросить не у кого больше: из школы попёрли, из Касты Жрецов выгнали.
— Как выгнали? — удивился Ярослав и посмотрел на Орэна.