— У нас хватает наездников, — равнодушно сказал служащий, парень лет двадцати пяти.
— Может быть, вас заинтересует наездник с боевым грифоном? Грузы мой грифон перевозить не согласится, но мы вполне можем работать на срочной почте или в охранении.
— Возвращайтесь с грифоном, — без особой заинтересованности сказал служащий, — тогда я о вас сообщу начальству.
— Понял. Благодарю. Ещё я бы хотел арендовать у вас на день коня. Мне нужна и еда-вода для него. Сколько это будет стоить?
— Четыре серебряника в день. Коня необходимо вернуть до заката, иначе вам засчитается следующий день.
Служащий усмехнулся и добавил:
— Только не скормите его грифону, а то будет должны неустойку в размере десяти золотых.
«Читает мои мысли», — весело подумал Киран и невозмутимо протянул четыре серебряника служащему.
Дни зимой короткие, и лишь к закату Киран успел добраться до рощи, где попрощался со своим грифоном. Выдохнул с облегчением, что грифона ещё не было — Киран не любил заставлять «девушек» ждать — расседлал коня и некрепко привязал его к дереву. Принялся ждать.
Грифон приземлился рядом с ними через полчаса. Конь в панике задёргался, сорвался с привязи и поскакал во весь опор в сторону города.
— Привет, — улыбнулся Киран и, подойдя к грифону, погладил его по шее. — Благодарю, что вернулась. Я тебе быструю еду привёл. Надеюсь, она придётся тебе по вкусу.
«А ты хороший наездник, — одобрительно фыркнул грифон. — Скоро вернусь».
Киран отошёл от грифона, и грифон начал не спеша взлетать, а когда набрал достаточно высоты, стрелой помчался за конём.
«Теперь можно и самому поужинать», — подумал Киран и вернулся под дерево, к своей сумке и шерстяному плащу, на котором сидел.
Погрыз солонины, попил воды.
Когда вернулся грифон, уже стемнело. Киран сидел под деревом, завернувшись в плащ. На улице было довольно морозно, и он бы не сказал, что ему было особо тепло, но и не подавал вида, что холодно.
Грифон подошёл к Кирану и, легонько толкнув его передней, тупой частью клюва в бок, дружелюбно прострекотал:
«Ты спишь?»
— Нет, — честно ответил Киран. Он не спал и ждал грифона, чтобы поболтать.
«Иди тогда под крыло — согрею».
— С радостью! — искренне обрадовался Киран. Кто ж не обрадуется, когда девушка приглашает согреться?
Грифон улегся на пузо недалеко от Кирана и приподнял правое крыло. Киран постелил под крылом свой плащ, кинул сумку под голову и улегся. Грифон опустил крыло, и через несколько минут Кирану уже было хорошо, тепло и уютно, как в шалаше с печкой.
— С тобой хорошо, — честно признался Киран. — Тепло.
«Ты мне тоже нравишься», — одобрительно фыркнул грифон.
«Ладно, поговорю о делах уже утром…» — начал было думать Киран, как грифон его перебил.
«Говори уже, чего до утра тянуть. Что тебе от меня надо?»
— Я нашёл тебе подруг. Говорят, их там около десятка, но не знаю, сколько будет на месте. Они скучают в местной Почтовой Гильдии, и что-то мне подсказывает, что с ними там обращаются не очень. Лично не видел — не пустили. Я хочу их забрать с нами домой и обучить на боевых грифонов. Что думаешь? Не хочешь ли мне в этом помочь? Будешь над ними главной.
«Десять мало, — неодобрительно фыркнул грифон, засунул голову под крыло и уткнулся остриём клюва Кирану в лоб. — Ты издеваешься надо мной?»
У Кирана по лбу потекла струйка крови, но он не шелохнулся и спокойно продолжил:
— Это первый шаг. Мы сюда прилетели за новым эскадроном. Я найду еще сто одиннадцать грифонов, и ты будешь Королевой полноценного эскадрона. С ним мы и вернёмся домой. Подходит?
Грифон одобрительно фыркнул и лизнул Кирану лоб — кровь тут же перестала течь, и рана затянулась.
«Похоже, подходит», — мысленно вздохнул с облегчением Киран, особо не переживая, что грифон «подслушает» о его неуверенности.
— Когда будешь готова утром лететь, разбуди меня, — попросил Киран и ласково добавил: — Тихой ночи.
Грифон ничего не «сказал», а лишь удобнее устроил голову под крылом рядом с Кираном и уснул. Следом уснул и Киран.
Часть 3
Глава 4. Прибрался
Киран
На следующее утро.
Через час после рассвета Киран приземлился на грифоне на задний двор Почтовой Гильдии Акераны.
Первое, что сказал Киран, когда спрыгнул на землю и встал прямо перед клювом своего разъярённого грифона, было:
— Извини, я всё исправлю.