Киран уже снова сидел и с интересом её разглядывал.
Она вышла из воды и подошла к нему, дрожа от холода:
— Киран, мне холодно!
— Раздевайся, — усмехнулся Киран.
«Что, прямо здесь?» — отразилось на лице девушки.
— Если ты думаешь, что ты одета… — продолжал улыбаться Киран.
Элеонора посмотрела вниз и поняла, что обтягивающая её белая намокшая рубашка не скрывает ничего.
В таких случаях — случаях наибольшего эмоционального потрясения — у неё всегда включался защитный рефлекс: она становилась графиней Дэйнерой. Лицо Элеоноры сделалось надменно-спокойным, и она стала не спеша расстегивать на себе ворот рубашки.
Киран перестал улыбаться, встал, снял с себя куртку и прикрыл её.
Мокрая рубашка лежала на песке, куртка Кирана висела на плечах Элеоноры, прикрывая её везде, где надо, Киран помогал ей одеться, а она улыбалась и думала: «А говорил, что не умеет одевать! Всё он умеет!»
Элеонора повязала шейный платок широким воротником и подняла ворот сюртука, чтобы скрыть отсутствие рубашки. Киран вернулся со сполоснутой от песка и сложенной в небольшой сверток рубашкой и спокойно сказал:
— Идём искать тебе платье.
— Я так плохо выгляжу? — погрустнела Элеонора.
— Одевать тебя долго, — невозмутимо ответил Киран.
— То есть в платье будет быстрее? — засмеялась Элеонора.
— Ага.
— И раздевать тоже? — продолжала смеяться Элеонора.
— В платье можно и не раздевать, — всё также невозмутимо ответил Киран.
Элеонора покраснела.
Киран по-доброму рассмеялся и спрятал её в своих объятьях.
«Киран? Рассмеялся⁈ По-доброму⁈ Киран?!!» — не могла поверить увиденному и услышанному Элеонора, но он её не отпускал, пока не перестал смеяться, и получить подтверждение этому она так и не смогла.
Когда Киран отпустил её, он был спокоен, как всегда.
«Показалось!» — твёрдо решила девушка, чтобы спасти свою психику.
Они ушли с пляжа, поднялись по тропинке к домам и пошли блуждать по улочкам. Лавок тут не оказалось, да и ничего подобного тоже. Вокруг были лишь дома местных жителей.
Киран с Элеонорой вышли обратно на дорогу и пошли пешком в сторону Катаренска.
Вскоре они уже ехали на повозке, опершись на тюки сухой травы и разглядывая удаляющуюся гряду горного хребта между Весталией и Каанно-Таной.
— Киран, а ты не справился! — вдруг серьёзно сказала Элеонора.
— С чем? — удивился Киран и посмотрел на неё.
— Привезти в Каанно-Тану графиню Дэйнеру, — весело улыбнулась Элеонора.
Киран замер. Отвернулся и спокойно сказал:
— Не справился.
— Киран, мне холодно, — сказала Элеонора и начала переползать к нему на колени и пытаясь спрятаться под его расстегнутой курткой.
Киран помог ей устроиться потеплее и поудобнее.
— Так теплее? — спокойно спросил он.
— Ага.
— То есть с чем-то я всё-таки справился? — усмехнулся он.
Элеонора потерлась щекой о его грудь.
«Ага. Со мной справился».
До Катаренска в этот день они не доехали и заночевали на придорожном постоялом дворе.
Утром Киран нанял для них новую карету.
В обед они подъезжали к желтовато-красной высокой крепостной стене Катаренска. Дорога упиралась в главные городские ворота.
— Киран, давай ненадолго остановимся и рассмотрим город снаружи? А то из кареты ничего не видно.
— Растёшь, — усмехнулся Киран и дёрнул за шнурок. Карета остановилась.
«Это он про то, что я не выпрыгнула на ходу?» — думала Элеонора, покидая карету, опираясь на руку Кирана.
Она вышла из кареты, обернулась и удивлённо уставилась на арку ворот. Классическими городскими воротами эти ворота назвать было сложно — у них не было дверных створок. Весь проём закругленной к верху арки был затянут полупрозрачным маревом. За ним угадывались разноцветные силуэты людей, повозок и домов внутри города.
Марево беспрепятственно пропускало всех желающих войти в город и выйти из него, лишь радужно окрашиваясь в местах соприкосновения с ним.
— Кира-а-ан! — Элеонора в восторге задергала его за рукав куртки. — Пошли пешком! Идём же! Идём!
Киран распрощался с извозчиком, и они пошли дальше пешком.
Подходя к мареву, Элеонора выставила руку вперёд, касаясь его пальцами, и… Ничего не почувствовала, будто его тут и не было. Пальцы прошли насквозь, радужно окрашивая марево вокруг себя.
— Киран! Смотри, как красиво! Ну, красиво же⁈
— Выпендрежники, — равнодушно ответил Киран, и они зашли в город.