Я сел рядом с Настей и прислушался к начавшемуся разговору:
— Нори, а ты что выбрала? — спросила Настя.
— Кораблик, — улыбнулась Элеонора. — Напоминает мне мой личный корабль.
Мне показалось, что при слове «Нори» Элеонора как-то иначе улыбнулась — ещё добрее, чем до этого. Даже несмотря на то, что надменной улыбки на её лице я сегодня ни разу не видел.
— Ого! У тебя и корабль есть? — восторженно спросила Настя. — А какой? Сколько мачт?
— Трёхмачтовый фрегат.
— А команда сколько человек? — продолжила свой допрос Настя.
— Около восьмидесяти.
— А как называется? — не унималась Настя.
— «Звездный Скиталец».
— Ух ты! Покатаешь как-нибудь? — заискивающе спросила Настя.
— Обязательно! Я тебе напишу два рекомендательных письма, для твоих и для моих, и выдам медальон с моим личным гербом. Приезжай в любое время. Тебя пустят пожить в моей усадьбе, даже если меня не окажется дома.
— Благодарю, сестричка!
Я почувствовал, что девушки уже готовы были обняться, но им мешал стол.
Киран, похоже, почувствовал нечто другое и честно признался, обращаясь к Элеоноре:
— Я снова ничего не понял: кто такая Нори, и с каких пор у тебя есть сестра? Ты в Дремир собралась переезжать?
Элеонора захихикала, а потом посмотрела на Кирана и серьёзно сказала:
— Ну… Если ты меня не начнёшь называть по имени, то, похоже, придётся.
Тут уж смешно стало мне, но я пожалел друга и просто улыбнулся.
Киран переплюнул все мои ожидания и невозмутимо сказал:
— Нори, в Дремир я тебя не отпущу.
— Да? Тогда я возьму тебя с собой, — так же невозмутимо ответила Элеонора и обернулась к Насте. — Сестричка, пригласишь нас в гости?
Я понял, что они друг друга стоят.
— Приглашаю! Но сразу оговорюсь, могу пригласить только в Яренку и только вас двоих, без сопровождения. Письмо я тебе тоже напишу.
Нам принесли чай с пирожными. Мы ещё с полчаса просидели в чайной и пошли в сторону второй достопримечательности города — летающего сада.
Когда я показал своим спутникам парящий над городом сад, Настя с Кираном очень воодушевились, а Элеонора напрочь отказалась туда идти. Ко входу в сад мы всё же пришли вчетвером и вместе подождали его приземления, а потом договорились, что встречаемся здесь же через час.
На борт летающего сада мы зашли с Настей вдвоём.
Я подумал, что этот день, наверное, первое моё «романтическое» свидание в жизни. Не то чтобы я девушек никуда не приглашал до этого, но на лодках уж точно не катал и над городами не летал. Не сказал бы, что мне совсем уж не нравилась моя собственная культурная программа на сегодня, но чувствовал я себя как-то странно. В своей обычной «тарелке», но всё равно странно. Мне даже начало казаться, что я уже жалею, что это лишь свидание по расчету.
Чтобы пожалеть свою психику, я быстро прогнал эти мысли прочь и спросил свою «девушку на день»:
— Высоты не боишься?
— Не-а, — ответила Настя.
— Тогда идём к краю сада. Он огорожен невысокими перилами с прозрачным магическим полем над ними. Оттуда открывается самый лучший вид: и вниз, и на горы. Там же есть и удобные скамейки. Сад делает полный оборот вокруг своей оси за час полёта — можно выбрать любую скамейку и никуда больше не ходить.
— Идём! — воодушевилась Настя. — Но я бы хотела походить вдоль перил, если это возможно, а не сидеть на месте.
— Без проблем, там есть дорожка между перилами и скамейками.
— Тогда идём скорее! — она схватила меня за руку и потянула в сторону боковой аллеи — кратчайшего пути к краю.
«Это она ко мне привыкла уже, что ли?» — подумал я и ускорил шаг, чтобы не меня тянули, а я вёл сам.
Так мы, держась за руки, и дошли до сногсшибательного вида на Главные Пики Серых гор — вида, от грандиозности которого действительно начинала немного кружиться голова. Я понял, что я бессилен перед этими горами — я не могу стоять перед ними на фальшивом свидании. Не могу и точка. Я сдался.
Аккуратно высвободил свою руку из Настиной руки. Обнял её за талию. Прижал к себе — она не сопротивлялась, обняла меня в ответ. Я полуобернулся к ней и серьёзно спросил:
— Я тебе действительно нравлюсь?
— Да, — грустно ответила она, не глядя на меня. — Очень. И давно.
Настя тоже смотрела на горы и, видимо, почувствовала то же, что и я — что здесь не место фальши. По крайней мере, для нас.
— Ты мне тоже нравишься, — честно признался я, продолжая смотреть на неё. — Давно.
Настя ко мне обернулась и посмотрела мне в глаза. Грустно посмотрела. Не влюбленно. Мне даже показалось, что таким взглядом смотрят на избранника всей своей жизни, до которого не могут дотянуться.