Тут Элеонора почувствовала чуть ли не физическую волну холода, выплеснувшуюся на неё справа, и непроизвольно обернулась на Марка. Он выглядел абсолютно спокойным, почти расслабленным, и даже взгляд, которым он смотрел на графа Неррона, был равнодушно-задумчивым, пусть и слегка прищуренным, но графиня поняла, что он в ярости.
«Что это с ним?»— удивилась она и стала с интересом ждать, что же он ответит.
— Я подумаю над вашим предложением, — спокойно ответил Марк и продолжал пристально смотреть на графа Неррона.
Элеонора перевела взгляд на графа.
— Благодарю вас, мистер Эренский, — как ни в чём ни бывало ответил граф, и за столом воцарилось молчание.
«Видимо, между ними что-то произошло, — подумала она. — Похоже, не я одна недолюбливаю графа Неррона. Теперь я знаю, с кем заключать союз, если что, — мысленно она усмехнулась под конец. — А почему бы и нет? Графиня со связями и ресурсами, всесильный, по его словам, Киран, известный маг Марк и воин-связной из Дремира Настя — чем не отличная команда?»
Элеонора мысленно злорадно ухмыльнулась и поняла, что граф Неррон ей больше не страшен.
Тем временем молчание за столом затягивалось, больше никто ничего не предлагал.
«Похоже, Дремир не собирается делиться своими тайнами и сотрудничество на этот раз не предложит».
Первым тишину нарушил граф Неррон, как и полагается организатору Совета:
— Я предлагаю провести ещё одно заседание Совета через два дня для уточнения условий заключенных договоренностей и подведения итогов.
Возражений не последовало, и Совет объявили закрытым.
На это раз первым ушёл Дремир. Затем Эрик и граф Мэйнер. Элеонора решила задержаться, чтобы поговорить с Марком по дороге домой, но он выглядел так, будто вставать и не собирается, и она ушла.
Выйдя на площадь перед Домом Советов, она остановилась и «наехала» на ещё спускающегося по ступенькам Кирана.
— Киран, ты знал про Птиц? — холодно спросила графиня Дэйнера.
— Я узнал после того, как мы с тобой попрощались несколько месяцев назад, — спокойно ответил Киран и быстрым шагом прошёл мимо.
Ей пришлось его догонять, что в длинном платье было не так уж просто. И дело было не столько в грациозности, сколько в безопасности — приходилось прикладывать некоторые усилия, чтобы с непривычки не наступить на собственный же подол.
— И почему ты мне об этом не сказал? — требовательно спросила она, догнав его.
— Я уже подготовился.
— А мне, значит, не надо было готовиться⁈ — возмутилась графиня.
Киран остановился и к ней обернулся.
— И как ты собиралась готовиться? — спокойно спросил он.
— Не знаю! — вспылила Элеонора. — И как ты готовился?
— А нашёл себе соратников, — продолжал спокойно отвечать Киран. — Для спасения мира нас, конечно, будет недостаточно, а для защиты личных интересов, я думаю, что вполне.
— Значит, мне надо успокоиться и ничего не делать только потому, что я вхожу в «круг твоих интересов»⁈ — продолжала кипятиться девушка.
— Пока наши интересы совпадают, можешь ни о чём не беспокоиться, — заверил её Киран.
«Что значит „пока“⁈ Он что, уже свалить собрался, если я с ним не соглашусь⁈»
— Иди сюда, — добродушно улыбнулся Киран, подтянул её к себе и спрятал в объятьях. — Вот скажи, зачем тебе знать о том, на что ты никак не можешь повлиять и к чему не можешь подготовиться? Ты хотела три месяца жить в страхе, осознавая надвигающуюся беду, и с ощущением полной беспомощности, не имея сил её предотвратить? Насколько я знаю, в графстве Дэйнер нет регулярной армии, да и ни у кого на Каррандре её нет со времён последней войны. Более того, если это будет природный катаклизм, то даже запасы воды и провианта могут не спасти, так как централизованные хранилища могут пострадать в первую очередь и нанести бо́льший урон, чем их отсутствие. А если это внеземное вторжение, то усиленная охрана твоего города с земли никак не убережёт тебя от опасности с воздуха. И теперь скажи мне: ты хотела прожить два месяца наедине с этими мыслями, без всякой поддержки извне, да ещё и попутно разбираться с внутренними проблемами своего графства?
— Нет… — честно ответила Элеонора. — Твоя логика, как всегда, бесспорна, но… Я всё равно чувствую, что это неправильно. Ведь в неведении расставляешь другие приоритеты в жизни, рискуешь там, где не надо, упускаешь возможности, где ни в коем случае нельзя было их упустить. Давай ты не будешь меня больше держать в неведении, ладно?
— Не могу обещать, — честно ответил Киран. — Это противоречит моим убеждениям. Я не воспрещаю тебе узнавать обо всём самостоятельно, но от меня ты будешь узнавать только то, что я посчитаю нужным тебе сказать.