— Читай, — приказал слуга.
Ванесса замотала головой из стороны в сторону.
Её избили. Слуга ушёл.
Ванесса снова провалялась на холодном полу в агонии весь день, но теперь уже не только в физической агонии, а и в душевной.
Вечером её залечили. Она смогла сесть и взяла книгу в руки дрожащим руками, не зная, чего она хочет больше: узнать, что случилось с Иквенией, или дочитать до того места, когда она снова сможет завтра читать книгу вслух.
Ванесса не пошла спать, пока не дочитала до начала «не жестокой» части и уснула с мыслью, что она «подготовилась».
Её это не спасло. Сначала всё было хорошо — она читала вслух, потом не смогла… Она плакала… Пыталась читать — не могла это сказать вслух, заикалась… Мотала головой из стороны… Умоляла и всё повторяла: «Не могу… Простите… Пощадите… Не могу…». Её избили.
Так продолжалось четыре дня. На утро пятого дня Ванесса могла уже прочитать всё, что угодно — не моргнув глазом и не заикаясь, с пустым взглядом. Её больше не били, но начали чем-то поить, вызывая ночные кошмары.
Когда через неделю вечером пришёл советник, Ванесса сидела у закрытой книги и смотрела в пол.
Он подошёл к ней, заговорил:
— Ну что, Ванесса? Дочитала?
— Да, советник Дэмис, — покорно ответила Ванесса, не отрывая взгляда от пола.
Она бережно взяла книгу двумя руками и, не глядя на советника, протянула её ему на вытянутых руках — так рабы подают дары хозяевам.
— Прошу меня простить, советник Дэмис, — покорно сказала Ванесса. — Я её запачкала. Готова понести любое наказание за это.
Советнику понравилось увиденное, и он похвалил Ванессу:
— Так-то лучше. Так намного лучше! — Утром тебя найдут. А чтобы было правдоподобно…
Советник снова «слегка» избил ногами Ванессу и вытер пол её лицом. Она потеряла сознание.
Очнулась Ванесса в своей кровати. Всё болело. Она была вся забинтованная. Рядом копошились слуги, радовался её пробуждению лекарь. Те самые слуги, кто били её по утрам. Тот самый лекарь, кто лечил её по вечерам.
Ванесса закрыла глаза. Ей уже не было страшно — она успела дочитать книгу.
«Зря, Карл, ты мне дал эту книгу, — мысленно злорадно усмехнулась Ванесса. — Теперь мне в жизни уже ничего не страшно. Я это всё пережила».
[1] (прим. автора) Ветрами ли, Птицами ли занесло эту книгу на Каррандр, доподлинно не известно. Много воды с тех пор утекло. Одно лишь могу сказать наверняка: она существует и на планете Земля (https://author.today/work/376563).
Часть 1
Глава 11. Счастье
Ванесса
Прошла неделя. Все раны на Ванессе зажили. Советник Дэмис стал выводить её в свет и рассказывать всем о её героическом спасении.
Поведение Ванессы было безупречным: одним она надменно улыбалась, другим — рассказывала о своём похищении и ужасах заточения, третьим — восхваляла советника Дэмиса за её спасение и избавление от тяжких мук. Никто не мог усомниться в её словах или подловить на лжи — всё, что говорила Ванесса, было чистой правдой. Всё, что разрешал ей говорить советник.
Ванесса больше не ждала Леона. Она больше ничего не ждала. Другой жизни она тоже не ждала.
Через две недели беспечной жизни вернулся панический страх, что она может оступиться. Ночами она снова дрожала от ужаса. Днём была безупречной куклой.
Ещё через неделю она устала бояться — в ней слова проснулась злость. Она решила отомстить советнику. Своей смертью.
Ванесса сомневалась, погибнет ли она, если спрыгнет со второго этажа усадьбы спиной вниз. Как повеситься она не знала. Яда бы ей никто не дал. Ножей ей тоже никто в комнату не приносил, даже столовых…
Однажды ночью ей пришла идея. Она вышла на балкон с пустым графином от воды в руках. Бросила его на пол — он разбился. Она взяла осколок поострее, уселась на перилах балкона спиной на улицу, приготовившись падать, и поднесла осколок к шее. Замерла. Было страшно. Очень страшно. Ванесса закрыла глаза…
Кто-то схватил её за руку, закрыл рот рукой и быстро унёс с балкона.
Ванесса забилась в молчаливой истерике, пытаясь вырваться. Безуспешно. Она начала плакать. Сдалась. Отпустила руки.
Её обняли. Нежно-нежно. Прошептали на ухо:
— Не бойся, я на твоей стороне. Я служил твоему отцу. Прости меня. Не бойся. Прошу, не кричи.
Ванесса не кричала. Она ждала подвоха. Подвоха не было. Её всё ещё обнимали, нежно и крепко.