Ванесса молниеносно вскочила, подбежала к столу, схватила книгу и также молниеносно оказалась рядом с Вильгельмом на диване.
— И на чём ты остановилась? — с интересом спросил Вильгельм.
— На шестой главе, — гордо ответила Ванесса.
— Показывай, что умеешь, — тоном учителя приказал Вильгельм.
Ванесса заозиралась по сторонам:
— Мне для этого нужна вода.
— Зачем? — спокойно спросил Вильгельм.
— Как зачем? — удивилась Ванесса. — А из чего я снег сделаю?
— Из воздуха, — невозмутимо ответил Вильгельм.
— Это как? — не поняла Ванесса.
— Там всё написано, — Вильгельм постучал пальцем по обложке книги. — В первой главе. Так что мы теперь будем её перечитывать вместе.
— Ух ты! — просияла Ванесса. — А мой папа тоже делал лёд из воздуха?
— Именно так, — улыбнулся Вильгельм. — Если он смог, ты тоже сможешь — это знание уже в твоей крови.
Ванесса открыла книгу с мыслью, что она ещё никогда не была так искренне рада не иметь возможности выйти из дома, чтобы читать книги.
Часть 1
Глава 26. Извинился
Эрнест
Третий месяц весны.
Эрнест думал, что он всё рассчитал, когда спихнул Ванессу на Кэти в Башню Тренировок. Кэти разорвала договор с Дэмисом с минимальными потерями для своей репутации. Ванесса в безопасности в Башне и сидит за своими книжками, а если захочет поболтать, то всегда есть Кэти. Если ей нужно будет что-то достать извне Башни, то тоже есть Кэти, а средства он послал Снежке по почте.
Сам Эрнест в Башне жить не хотел — не хотел в превратиться в то, во что превратился его друг Вил — нечто забившее на себя. Жизнь в трущобах Эрнеста вполне устраивала, не впервой. К Гильдии Магов он и близко не подходил. Как решить проблему восстановления Ванессы в правах на графство он не знал и заморачиваться по этому поводу сейчас не желал. Казалось бы, живи и радуйся! Но его второй раз в жизни мучило чувство вины.
Первый раз он почувствовал свою вину шесть лет назад, когда не уберёг друга от смерти. Он был далеко… Не знал… Не уберёг…
Второй раз — всё не мог перестать слышать своё собственное же «Извини». Ему от него становилось тошно. Даже аппетит теперь пропал.
С момента похищения Ванессы прошло почти две недели. Её активные поиски потихоньку утихали, а взамен раздувались слухи, что её продолжают активно искать.
Через неделю вернулся Рик со следами старых побоев и сказал, что благополучно отмазался и снял с себя все подозрения. Если Рик был в этом уверен, то Эрнест ему верил, ведь не раз видел его способности на деле, когда они ещё служили вместе. В каких только передрягах они не побывали по поручению графа Ронетта, но Рик всегда делал так, что они выходили сухими из воды и без последствий. На Рике была аналитика, на Эрнеста — сила. Правда, слабым Рика, как воина пятого уровня, у Эрнеста язык бы не повернулся назвать, пусть тот и не обладал никакой магией.
Логика подсказывала Эрнесту, что сейчас самое время не высовываться, так как Дэмис свернул поиски и усилил наблюдение за всеми знакомыми Ванессы… Но он уже три дня не ел и соображал плохо — от логики остались лишь засохшие крошки на столе.
Эрнест понял, что с этим всё же придётся что-то делать, и попёрся в Башню Тренировок, зная, что это, скорее всего, билет в один конец, и он лишает себя возможности спокойно передвигаться по миру на неопределенный срок.
Даже сам факт его возвращения в Гильдию Магов ставил под угрозу всё его тщательно спланированное похищение. Если он туда попадёт без последствий для себя и доверившихся ему людей — уже хорошо. А вот в двойное везение он не верил и выходить обратно без сильной надобности не собирался.
Эрнест договорился с Риком, что тот будет его держать в курсе происходящего снаружи Башни через письма, посылаемые им раз в неделю. Если что-то срочное, то Рик будет оставлять срочное сообщение в Гильдии Магов на имя Водяного из Рейнвеста в тот же день. Основную переписку решено было производить в два хода: письма и посылки отправлялись через Почтовую Гильдию на адрес Гильдии Магов в Рейнвесте.
В обратную же сторону Эрнест собирался посылать запросы Рику только через Почтовую Гильдию, если вдруг ему что-то понадобиться в Башне. Пусть в Башне и было всё для жизни: и своя кухня, и небольшая лавка с предметами первой необходимости, и свой лазарет — но не более того.
В друге Эрнест не сомневался — он был его соратником со времён службы у графа Ронетта, а тогда граф держал при себе только преданных себе людей, соблюдающих воинский Кодекс Чести. В общем, нормальных и человечных людей, которым, например, не было лень подменить напарника на посту, если того просили обстоятельства. А о том, чтобы они стояли и смотрели, как избивают пленных детей, не было и речи. Да, к врагам граф снисходительным не был и пытками не пренебрегал, но у всего был свой предел: взрослым — взрослое, детям — детское!