— Я смотрю, ты повеселел, — сказал он после ужина. — Что-то хорошее произошло?
— Да, — улыбнулся я. — Оказалось, что я болел, а Священный Лес меня вылечил.
— Ты сам туда ходил? — удивился Ратибор.
— Нет, дедушка Яромир отвёл.
— Дедушка, говоришь, — задумчиво сказал Ратибор. — Ясно тогда.
Что ему стало ясно, я не особо понял, да и не пытался — меня это не особо интересовало. Больше он меня ни о чём не спрашивал, и я отправился обратно на свою лавку — продолжать радоваться, пока дают. Так с улыбкой на лице я и уснул.
Наутро беспричинная эйфория всё же меня отпустила, и я смог начать думать, что делать дальше. Первым делом я решил воспользоваться советом Яромира и временно забить на магию — не использовать её совсем. Соображения у меня были сугубо практические: если мой Сосуд действительно только что пришили на место, то уж лучше я его пока не буду трогать, пусть получше приживётся. В свою очередь, это значило, что надо вернуть Факел.
Время для возврата было как раз самое подходящее — Любомир ещё не начал свой урок с Мирияром. Я быстро оделся и поспешил к нему.
Встретил он меня как-то уж слишком холодно. Или мне показалось?
— Здравствуйте, — первым поздоровался я, когда он открыл дверь.
— Здравствуй, — сухо ответил Любомир. — Чем могу помочь?
— Я пришёл вернуть Факел, — учтиво ответил я.
— Проходи, — безэмоционально предложил Любомир и посторонился, пропуская меня в дом.
Дальше сеней я не пошёл и отдал Факел прямо там.
— Я временно отказываюсь от использования магии и приостанавливаю попытки восстановления Священного Леса, а значит, Факел мне пока без надобности, — объяснил я свой поступок.
— Ясно, — ответил Любомир и взял у меня Факел.
Я попрощался и ушёл. С этим всё.
Кокон уже давно сам разрушился, и тот пятачок леса снова замерз. Тут тоже всё.
До полудня ещё далеко — на тренировку ещё рано, а значит, самое важное время ознакомится со списком ремёсел и выбрать что-то одно. Заняться здесь всё равно больше нечем.
Яромира дома не оказалось, но теперь у меня было достаточно воодушевления не сдаваться с первой попытки. Я пообщался с людьми на улице и вскоре уже знал, что мне надо в Дом Советов — центральный дом всей Яренки, на первом этаже которого прошлый Совет и проходил. Как мне объяснили, Яромир должен быть там, в своём кабинете на четвёртом этаже.
На этот раз в Дом Советов просто так зайти не вышло: двери были закрыты, а на входе стояла стража. Им я поведал, кто мне нужен, и вскоре меня под конвоем отвели к Яромиру на четвёртый этаж.
Этот дом, как и все другие в Яренке, был полностью деревянный. Я раньше даже как-то не придавал значения тому, насколько это грандиозное строение. Да я, в принципе, ничему значения не придавал, что уж тут. А сейчас я поднимался по широкой деревянной лестнице на четвёртый этаж и удивлялся надёжности и изящности этого сооружения.
Стены первого этажа были сложены из плотно подогнанных друг другу брёвен, что и волосок не просунешь. Сквозняка я не чувствовал тоже. От потолка до пола висели узкие и длинные знамёна, видимо, представителей разных Родов Дремира или Предков жителей Яренки, не знаю.
Лестница на верхние этажи располагалась в правом, ближнем ко входу углу и выглядела как круглая винтовая лестница без стен, но с перилами. Сделана она была основательно и прочно — не шаталась, не скрипела. Боковые поверхности перил были покрыты искусной резьбой, а верхняя отполирована до зеркального блеска, причём не руками посетителей, а именно изначально такой была сделана мастерами.
Мы поднялись на второй этаж, и там обнаружился ещё один такой же открытый зал, как и на первом, но немного поменьше, так как дом с каждым этажом становился немного меньше. На третьем этаже я увидел лишь коридор с дверьми по обеим его сторонам, и такой же коридор меня встретил на четвертом.
Сопровождающий меня стражник подвёл меня к одной из дверей, на которой не было никаких табличек, и постучал три раза.
— Войдите, — я услышал голос Яромира, и стражник открыл передо мной дверь, пропуская вперёд. Я зашёл, и дверь за мной закрыли.
Я оказался в небольшой уютной комнате со слегка скошенной крышей и одним окном. Яромир сидел за столом у левой стены, спиной к книжному шкафу во всю стену, а вдоль окна и правой стены стояли широкие лавки, застеленные разноцветными дорожками. От потолка до середины правой стены висел гобелен с изображение Древа Мира с гнёздами и птицами. На нём виднелись еле различимые надписи на неизвестном мне языке.
Я прошёл на середину комнаты и остановился в пяти шагах перед столом Яромира.