— Сентябрь, — повторил Ринченцо. — Великий Оззи, уже так скоро…
Этан старался не смотреть на Пелима. Кроме них двоих об ультрадвигателях, обещанных Марием, не знала ни одна душа.
— В физическом отношении процесс подготовки идет гладко. — сказал он. — Нам остается только разобраться с таинственным Вторым Сновидцем. До сих пор нам неизвестно, почему он себя не обнаружил, но то, что с началом постройки кораблей его сны стали более содержательными, говорит о многом.
— Почему же он не откроется? — воскликнул Фалвен. В Гея-сферу прорвался проблеск его гнева. — Проклятье, неужели мы его так и не найдем?
— Он на Виотии, — сказал Пелим.
— Ты уверен?
— Да. Узлы восприятия на Виотии первыми зафиксировали его последний сон, а потом уже они рассеяли видения по всей Гея-сфере Содружества.
— А в каком именно месте на Виотии он находится, тоже известно?
— Пока нет. Но теперь, когда мы определились с планетой, мы сконцентрируем усилия на том, чтобы выяснить его точное местоположение. Да, конечно, люди переезжают с места на место, и если он стремится к анонимности, то будет поступать так после каждого сна.
— Но это необходимо предотвратить, — напрямик заявил Этан.
— Как? — спросил Ринченцо.
— Вот почему я и пригласил сюда вас, мои ближайшие друзья и союзники в Совете. Второй Сновидец — ключевая фигура для паломничества. Именно он должен просить Небесных Властителей провести нас сквозь барьер и дальше, к Кверенции. За неимением Иниго только он один способен осветить наш путь.
— И что же ты хочешь, чтобы мы сделали? — спросил Фалвен.
— У нас есть несколько способов, — негромко продолжил Этан. — И я уверен, что один из них заключается в том, чтобы вовлечь Виотию в зону Свободного Рынка.
Оба советника озадаченно переглянулись.
— Но Виотия и так состоит в зоне Свободного Рынка, — осторожно заметил Фалвен.
— Да, по договору, — согласился Этан. — Но это не одна из наших ключевых планет. Пока. Мы должны быть готовы ускорить процесс ассимиляции и закончить его, открыв между двумя нашими мирами червоточину. После этого правительство Виотии должно изменить отношение к Воплощенному Сну в лучшую сторону. В конечном итоге я хотел бы видеть Виотию в составе нашей теократии.
Фалвен, не скрывая своего изумления, откинулся назад.
Ринченцо же только одобрительно улыбнулся.
— Там уже и сейчас немало наших последователей. Только достаточно ли, чтобы изменить соотношение сил?
— Возможно, — сказал Пелим.
— В таком случае я с радостью поддержу это предложение в Совете.
— Я тоже, — протянул Фалвен.
— В настоящее время на Виотии по отношению к нашим последователям проявляется некоторая враждебность и раздражение, — сказал Этан. — Если червоточина откроется и экономика планеты окажется привязана к нашей, раздражение может перерасти в уличные столкновения. Нам необходимо гарантировать безопасность всем приверженцам Воплощенного Сна.
— Мы можем это сделать? — настороженно спросил Фалвен.
— В основных мирах зоны Свободного Рынка достаточно сил правопорядка, чтобы поддержать законность на Виотии, — сказал Пелим. — После избрания Этана мы провели дополнительный набор персонала.
— И этого хватит?
— Да.
— Понятно.
— Я сожалею о неудобствах для населения Виотии, к которым может привести такой вариант, — сказал Этан. — Но нам нельзя лишиться шанса отыскать Второго Сновидца.
— Если бы мы только знали, почему он отказывается себя обнаружить, — сердито протянул Ринченцо.
— Не исключено, что он и сам об этом не знает, — устало ответил Этан.
— Как он может не знать?
— Иниго потребовалось несколько недель, чтобы понять, что с ним происходит. Сначала он решил, что это какое-то наложение полноэмоциональной драмы, просочившейся в Гея-сферу станции «Центурион». Я полагаю, что Второй Сновидец тоже заблуждается. Ведь сначала это были лишь небольшие фрагменты, краткие видения Небесного Властителя, которые мы вместе редактировали. Теперь контакт установлен, продолжительность и отчетливость снов возрастают. Как и в случае с Иниго. Скоро наступит кульминация, и тогда Второй Сновидец осознает, для чего он избран.
Фалвен растерянно обвел взглядом всех, кто находился в овальном кабинете.