— И ты считаешь, это все? Оскар, перед отправкой на Дальнюю мы с тобой были рядом с Найджелом. Тебе известно, насколько трудная сложилась тогда ситуация, как много неизвестных было задействовано в той игре. Так вот, сейчас еще хуже. Намного хуже. Бездна — лишь второстепенный фактор. Борьба начинается между фракциями. И это борьба за судьбу человечества. От ее результата зависит будущее нашей души.
— Я не могу тебе помочь, — сказал он уже чуть не плача. — Ради бога, я же просто пилот.
— Ох, Оскар. — Она опустилась перед ним на колени и сжала его руки. Ее пальцы излучали тепло. — Хватит скромничать. Я прошу помощи Из-за твоего характера. Я знаю, как только ты согласишься, мне больше не надо будет беспокоиться о проблеме. Ты не подведешь меня, вот что важно.
— В тебе говорит ностальгия. Я же просто пилот.
— Ты был просто пилотом флота, когда спас нас от Звездного Странника. Я расскажу, что мне от тебя надо. А потом объясню, почему ты возьмешься за это дело. Если ты возненавидишь меня за то, что я открыла тебе глаза, что ж, пусть так и будет.
Он вырвал руки из ее пальцев.
— Говори, что ты хочешь, а потом уходи.
— Фракции прекрасно меня знают и следят за мной, как я слежу за их агентами. А я не хочу, чтобы они знали, что мне необходимо отыскать Второго Сновидца.
Оскар рассмеялся. Но его смех граничил с истерикой.
— Искать Второго Сновидца? Мне?
— Да. А знаешь, почему это сработает?
— Потому что никто такого не ожидает.
Он говорил тоном школьника, повторяющего бесполезное правило.
— Правильно. А знаешь, почему ты сделаешь это для меня? Прошу не стрелять в гонца.
Он насторожился. Нет, он не помнил ничего такого, чем она бы могла ему угрожать. «Неужели я стер часть памяти? Господи, неужели был второй Абадан?»
— Почему?
— Потому что тебе до чертиков надоела эта монотонная жизнь, где ты бродишь, словно лунатик.
Оскар уже открыл рот, чтобы прикрикнуть на нее. Сказать, что она все-таки спятила. Что она безумно заблуждается. Что у него насыщенная жизнь. Что рядом люди, которые его любят. Что каждый день приносит радость. Что он никогда не хотел вернуться к хаосу войны против Звездного Странника. Что испытанного им ужаса и возбуждения достаточно для одной жизни. Что подобные занятия лучше оставить для нового поколения. Но его голова почему-то бессильно опустилась на руки, и он тяжело вздохнул. Он не мог заставить себя посмотреть ей в глаза. И тем более не мог смотреть на своих партнеров.
— Как я им об этом скажу? — с болью в голосе прошептал он. — Как? Они решат, что виноваты.
Паула поднялась. Ее рука мягко сжала его плечо.
— Хочешь, я сама им скажу?
— Нет. — Он покачал головой. Вытер тыльной стороной ладони досадные капли влаги с глаз. — Нет. Я не настолько труслив.
— Ты получишь любую легенду на выбор. Я могу устроить… практически все.
— Угу.
— В местном космопорте тебя ждет корабль. — Она лукаво усмехнулась. — С ультрадвигателем.
Оскар слабо улыбнулся, прислушиваясь к зарождающейся в душе радости.
— Ультрадвигатель? Что ж, по крайней мере ты не считаешь меня дешевой шлюхой.
Совсем не так надеялась Араминта вернуться на континент Суворова, не в старой полугрузовой капсуле, летящей над Великим Облачным океаном медленнее и ниже всех остальных капсул на планете. Ничего шикарного в этом не было. Она всегда клялась себе, что вернется на родной континент только тогда, когда сможет выйти из роскошной капсулы и с улыбкой превосходства посмотреть на Лэнгхем и семейный бизнес.
Время еще не пришло.
К сожалению, поместье Ликана располагалось как раз на Суворове. И это было вполне понятно, поскольку там же находилась столица Виотии, Людор. Ликана никто бы не назвал провинциальным деятелем, ему необходимо было постоянно оставаться в гуще событий. Поэтому Араминта и отправилась через океан. С багажом самых лучших нарядов и растущим чувством беспокойства.
Таланты Шелдонитов ее действительно заинтересовали. Достижение такого уровня за каких-нибудь полторы сотни лет — это был феноменальный успех. Она могла бы многому у него научиться, если только сумеет его разговорить.
Существовало целое общество Шелдонитов. Тысячи людей в сотнях миров пытались подражать своему древнему идолу. Подражание, как считала Араминта, граничило со слепым преклонением. Но она воздерживалась от окончательного мнения, желая убедиться во всем лично. Может, она и сама выберет этот путь. Даже мистер Бови не отрицал, что Шелдонизм стал вершиной культуры бизнеса. Точнее сказать, успешный Шелдонизм. Во Внешних мирах можно было отыскать и довольно много неудачников, не преуспевших в своем подражании.