– Как ты? – Подруга заглянула мне в глаза. – Я наблюдала за вашим танцем.
– Каким из?
– Меня интересует только один. О чем ты думала, соглашаясь? Изелин, это плохо кончится.
Самой хотелось бы знать, о чем, ведь не должна была. Не должна, но…
– Представляешь, – продолжила я, нагло проигнорировав вопрос, – он помнит наше прозвище. Столько лет прошло, а он не забыл… – Дорогая, мне так жаль. Очень-очень жаль!
Она прижала руки к груди. Потом выругалась совсем не по-королевски и нервно сдула белокурую прядь, упавшую на лицо.
– Знаешь, от него пахнет все так же. А руки такие сильные и теплые.
– Изелин, заканчивай.
Голос Мисариэлы прозвучал раздраженно. Я опустила голову и замолчала. Сердце вновь болезненно сжалось, и подкатила дурнота.
– О, Стихии! Прости. – Она ласково погладила меня по колену. – Я еще не отошла от потрясения. Мне ведь пришлось танцевать с темным. Никогда еще не чувствовала себя так глупо!
– Даже так?
Не выдержав злостного пыхтения подруги, я рассмеялась. В ответ она ударила меня маленьким кулачком по бедру.
– Не смешно. Весь танец я пялилась на пуговицу его рубашки. Не смогла поднять голову и посмотреть ему в глаза от напряжения. А еще молчала, будто язык к небу прирос. Стыдоба какая!
Она закрыла лицо рукой, а я вновь не смогла сдержать смех и получила новый удар, но уже локтем в бок.
– Сдаюсь, только не бей!
Я подняла руки, показывая, что безоружна. Мисариэла тихо фыркнула, но улыбнулась. Наступило затишье, в котором каждая думала о своем.
– Изелин, может, сбежим? – вдруг ошарашила подруга, обычно не предлагающая такие авантюры. – Прогуляемся по саду и вернемся.
Я несколько раз моргнула и недоверчиво на нее уставилась. Оценила воинственный настрой, тоже посерьезнела и призадумалась.
– Мысль хорошая. – Я посмотрела назад, изучая исходные данные и местность. План созрел мгновенно. – Ладно, уговорила!
Не так уж высоко. Рядом с балконом протянулся толстый плющ, который должен выдержать вес стройного девичьего тела. В этой части дворца уличное освещение было приглушенным, что позволило бы остаться незамеченными. Я спустилась, чтобы подхватить туфельки, и вновь забралась на перила под испуганный взгляд Мисариэлы.
– Только не говори, что…
Прицелившись, я скинула обувь вниз.
– Повторяй за мной! – скомандовала я через плечо и, взявшись за плющ, прыгнула. Приземлилась босыми ступнями на холодную влажную траву и посмотрела наверх. – Чего застыла? Поторопись, пока этот архшиас не хватился.
– Я боюсь! Я не смогу!
Подруга, стоя на перилах и держа в руках плющ, переминалась с ноги на ногу.
– Мисариэла, не глупи. Всего лишь два этажа!
– Всего лишь? – Она истерично хихикнула. – Может, не будем?
– Ты издеваешься? Обратно я не полезу. А ты, как хорошая подруга, не оставишь меня здесь одну. И ради всех стихий, будь потише!
Со спины раздалось деликатное покашливание. Я подпрыгнула и резко развернулась. От ближайших широкоствольных деревьев отделился высокий силуэт.