Туристы бродили по архитектурному памятнику, внимательно слушая своих гидов. Дотошные японцы ходили группами, не отставая друг от друга и не разбредаясь. Педантичные немцы чинно проследовали мимо закрытой для посещений секции, в которой сидела на полу оглушённая Наташа. Один из немецкой группы остановился, и, глядя на девушку сквозь арку, что-то залопотал. Наташе было не до него, и она отвернулась. Но гид, сопровождающий эту группу, сделал ей замечание на ломанном русском языке:
- Фройлен, там, гдэ ви находыться, там нельзья. Нельзья! Уйти!
При этом он тыкал пальцем в табличку, на которой было написано на нескольких языках, что в ту часть Мавзолея, где оказалась Наташа, вход запрещён. Это был самый центр Тадж-Махала и был отгорожен от огромного зала невысокой ажурной мраморной перегородкой. Здесь возвышались гробницы Мумтаз-Махал и Шах-Джахана. Везде чистота и блестящий мрамор, а Наташа умудрилась притянуть с собой грязь!
Девушка нахмурилась. И почему немецкий гид обратился к ней именно на русском, а не, предположим, на французском? Неужто, у неё на лбу написано, что она – русская? Впрочем, это, наверное, из-за того, что только русский человек руководствуется правилом: «если чего-то нельзя, но очень хочется, то всё можно», и потому лишь русского туриста можно встретить в запретных для посещения местах.
Подумав об этом, Наташа поспешно поднялась и заковыляла к общей массе туристов. Она до сих пор не могла прийти в себя после происшедшего. Перед глазами стояло лицо Виджу, и его голос всё ещё звучал в ушах: «найди моего брата Арджуна. Он поможет тебе». Эх! Хорошо ему было говорить «найди». Попробуй, найди, когда Агра – огромный город. Более двух миллионов жителей! Это вам не шутки! И среди них она должна отыскать некоего Арджуна Саксена!
Наташа порылась в памяти, извлекая из неё название улицы и номер дома, где она могла найти этого самого брата. Определяясь с маршрутом, успела с удивлением отметить, что она почему-то не ощущает ни паники, ни страха. Причём она даже не чувствовала радости от того, что спаслась, а вот это, и в правду, было очень странно. Какая-то вязкая отрешённость овладела ею. После пережитого она уже не знала где реальность, а где вымысел. Хотя сложно было назвать вымыслом то, что она и Виджу оказались в подземном ходе, приведшем их к Чёрному Мавзолею. Что теперь с Виджу? Жив ли?
Наташа замотала головой, пытаясь отогнать ужасные размышления. Конечно, жив! И ждёт, когда она вместе с Арджуном спасёт его!
Неожиданно заметила, как на неё косятся туристы. Некоторые даже фотографировали её, приняв за бродяжку. Вид у неё, и, правда, был не слишком привлекательный. Наташа поняла – водные процедуры станут не лишними. Памятуя, что Тадж-Махал стоит на берегу реки Ямуны, девушка побрела в поисках спуска к воде. Для этого пришлось выйти за пределы архитектурного ансамбля и пойти вдоль забора, наверху которого красовалась колючая проволока.
Окрик полицейского заставил оглянуться. И откуда он взялся? Наташа недовольно закатила глаза и остановилась.
- Прошу вас проследовать на территорию, предназначенную для туристов, - вежливо обратился он на английском. В Индии английский язык – второй государственный после хинди, поэтому проблем с общением у Наташи не возникало. Заметив, что девушка не торопится выполнить его указания, мужчина добавил: – К реке проход воспрещён.
Ну, запрещён, или нет, это Наташу уже не волновало, так как неряшливый вид заботил её куда больше. Но полицейскому совсем не обязательно было знать, что она собралась купаться в реке в такой близости от Тадж-Махала – гордости всей Индии.
- Сэр, будьте добры, пропустите меня. Я всю жизнь мечтала постоять на берегу Ямуны и посмотреть на Тадж-Махал со стороны.
Бровь полицейского удивительно поползла вверх.
- Чтобы увидеть его со стороны, вам, мисс, надо переправиться на другой берег, - заметил он.
Больше не стал ничего говорить и сделал вид, что куда-то спешит. Наташа проводила его благодарным взглядом и пошла дальше.
Оказавшись у реки, бросила невольный взгляд на противоположный берег, откуда и начались их с Виджу злоключения. Её пробрала нервная дрожь, и девушка судорожно выдохнула, чтобы отогнать от себя наваждение.
Сейчас нет времени для отчаяния и хандры. Надо взять себя в руки и скорее отыскать Арджуна. Вероятно, он знает, что можно предпринять.