Хотя вот домовой Михалап эту идею сразу отверг…
А вышло это так: около трёх часов ночи Арония вдруг проснулась…
Луна висит апельсином в окне — которое она забыла зашторить, звёзды алмазами мерцают, лунные дорожки стелются туманом по полу. Углы тьмой наполнены. Всё, как и полагается пред полнолунием…
И сна — ни в одном глазу. Потому что ей в голову вновь полезли мысли — о Щеглове, о школе пластунов… И о событиях дня, в которых всё время вертелся голубоглазый капитан Чуров. Который, надев на неё наручники, ничем ей не помог, когда просила. Досада разъедала…
Ещё — ворочаясь с боку на бок, она продолжала думать о том, кем станут её ученики-пластуны? Как будто вопрос о школе для них был уже решён. А что тут удивительного? Она же видела в деле полковника Щеглова — приняв решение, он уже от него не отступит и своего не упустит. Ведь это так престижно — возродить давно утерянные пластунские техники и вырастить супер-бойцов. Никто не смог, а он сумел — до Самого ведь дойдёт… Ему многое удаётся, как удалось выловить банду террористов. Счёт ведь шёл на минуты. И если б не Щеглов — Орёл-мужчина, то и мальчик бы погиб, и железку б взорвали, а шайка нелюдей бы ушла и в тину залегла, погубив потом ещё немало народа. Неважно, какие мотивы двигали безбашенным полковником — дело или стремление к бонусам. Как предупреждала её мать Арина — «зло рядится в разные личины, иной раз и от добра его не отличишь, а иногда и наоборот». Всё, что делал Щеглов, во вред никому не шло, а, как говорил батько Фома — было во славу Родины.
Ну, хорошо — откроет полковник школу. Но станут ли её выпускники теми бойцами, что будут Родину от ворогов защищать? Не перебегут ли на сторону тех, кто больше платит? И такое бывает. Сила, как говорится — большое искушение и соблазн. Раньше ведь у пластунов был атаман — заместо отца, казачье «обчество» — заместо семьи, царь — заместо бога, а Бог — заместо совести. Их и защищали. А сейчас? Всё стало по-другому. И разные спецслужбы — несть им числа, и куда попадают такие умелые ребята, как её будущие пластуны, с некоторых времён неизвестно кому служат. Аминов смещают, новые флаги на чьих-то резиденциях перевешивают, границы передвигают. Можно ли считать это защитой Родины? Где Родина, а где амины? Или их родина будет там, где больше заплатят? Нужно ли ей и Проше в такие дела лезть? И воспитывать пластунов из особо одарённых детей, которых будут использовать неизвестно для чего и невесть кто?
Откуда Арония, будущий учитель математики, это знала? Чуяла ведовской душой ответственность за своих будущих питомцев. Ну и, конечно, кое-что знала, насмотревшись боевиков о супер-бойцах. Почему-то они ей нравились — и боевики, и ребята.