14
И вот этот немного сумасшедший день прошёл и закончился. Наступал новый…
Алая Ауди под утро остановилась возле дома Аронии, но из неё никто не вышел.
— Всё? Покидаешь меня? — спросил сидевший за рулём машины капитан страдающим голосом.
— Надо, — вздохнула девушка и кивнула в бок — на светящиеся окна своего дома: — Бабуля вон ждёт, хоть я её и предупредила, что буду поздно.
— А я своё начальство — нет! — посетовал капитан. И спохватился: — Планёрка! — воскликнул он, схватившись за голову. — Выезд на ограбление ювелирного! — Видно, только теперь вспомнив об этом. И уверенно проговорил: — Ничего, лейтенант Тимошенко меня прикроет! У меня ж выходных накопилось — чёртова прорва, на полгода. И отпуск я в том и в этом году не отгуливал! — оправдывался он, наверное, перед собой — Арония ведь и так была на его стороне. — Могу я хоть раз в жизни забыть о службе и уставе!
— А ты забыл? — рассмеялась девушка.
— Ну, почти, — заверил капитан, притягивая её к себе и обнимая. — Разве я могу соображать своей мозгой, когда ты рядом?
— Всё. Сейчас уже ухожу, — пообещала Арония, ещё крепче к нему прижимаясь.
— Уходишь? А как я буду без тебя выживать? — отозвался капитан, зарываясь лицом в её пышные волосы. — Может, вообще переберёшься ко мне жить? — сказал он глухо.
— Ты серьёзно? — отстранилась девушка. — Безумец! Мы знакомы только два дня!
— А мне кажется — всю жизнь. И я очень серьёзно, — глядя на неё честными и влюблёнными глазами, заявил капитан. — Впервые в жизни говорю такое девушке.
— Так мы тоже с тобой Ромео и Джульетта? — улыбнулась ему Арония, чувствуя примерно то же. — Как моя подруга Таня и её Ромео — любовь с первого взгляда?
— Ага, любовь! — кивнул капитан. — Может и свадьбу заодно с ними сыграем? В Италию потом вместе съездим — в свадебное путешествие?
— О, как далеко идущие планы! Уже и свадьбу? И Италию! — растаяла от его слов девушка. — Тогда, по итальянским традициям, нам нужен балкон — чтобы неприступная невеста Джульетта стояла наверху, а умоляющий её о браке жених Ромео — внизу, — пошутила она. — Это так романтично!
— Есть балкон! У меня в квартире! — обрадовано воскликнул капитан. — Предлагаю отправиться туда! И я сделаю тебе официальное предложение согласно итальянским традициям! При соседях — вот и готовые свидетели! Ты, моя королева, будешь стоять на балконе на пятом этаже, а я — твой рыцарь, распевать внизу серенады про любовь! Под гитару — у меня есть! Представляешь?
Арония и, действительно, вдруг представила эту картину: тёмная ночь, лёгкий морозец — как сейчас, и снег, и громкое фальшивое пение во дворе многоэтажки. Затем — возмущённые крики разбуженных и совсем не готовых к этому соседей-свидетелей, вызов полиции… А далее — оправдывающийся капитан Чуров, сующий ребятам в форме своё удостоверение. И она, прячущаяся от ареста за высокой дверью лоджии…
Арония звонко рассмеялась. Капитан понял это, как одобрение.
— Поехали? Будешь кидать в меня розами, а я… Розы! — вдруг вскричал он.
И, развернувшись, принялся лихорадочно шарить на заднем сидении машины, чем-то шурша.
— Вот! На! — заявил он, вытянув оттуда слегка помятый огромный букет алых роз. — Будет чем бросать в меня с балкона! — И виновато предложил: — Можешь целенаправленно попадать колючками мне в лицо! Заслужил! Совсем забыл про них!
— Как? Сразу же бросать? Вниз? Тебе? Да я сама ещё ими не на любовалась! — ворчливо проговорила девушка, которой — вот незадача, ни разу таких огромных букетов роз не дарили. — Как ты мог забыть о такой красоте? — вдохнула она их аромат. — От же ж вы, гражданин капитан Борисыч! Чем вы думаете?
— В основном — мозгой, конечно. Но в твоём присутствии она у меня в полном отсутствии! — виновато рассмеялся тот. — Да и как тут помнить? Ты же гораздо красивее их! — заявил он. И склонил голову: — Извини, моя царица! Ну, с тупил я в очередной раз! Купил ещё перед тем, как позвонил тебе, и оставил в машине — нечего Тимошенке в мои личные дела свой длинный нос совать! — заметил он, но тут же махнул рукой: — Хотя от него ничего не скроешь! Надеюсь, он, всё же, прикрыл меня от начальства, а то получит по первое число!
— Какой ты рассеянный, Борисыч! — вздохнула девушка. — Случайно в профессора не собираешься? Тебя примут!
Ей, правда, было жаль, что такая красота валялась в машине. Она бы сильно украсила этот счастливый день! Хотя… Что эти розы могли изменить?
— Выноват, товарыщь Ароныя Выкторовна! — голосом артиста Папанова заявил Владислав. — Обязуюся исправица! Прямо с обеда! — козырнул он, видя, что Арония уже улыбается. — Ну, что ты хочешь от солдафона! — склонил он перед ней повинную голову. — Наказывайте меня, моя царыца Джоконда… М-м-м, Джульетта Капулетти! Всё стерплю!