Как это отличалось от знойной атмосферы южного острова!
Арония тут же промёрзла насквозь, лишённая возможности шевелиться. А ведь её дублёнка была так близка — валялась рядом. Жаль, что и косметичка тут. А то б домовой, так мечтавший взглянуть на море и пальмы, и так их и не увидевший, остаться б на Мальн-дивах. Там тепло.
Похоже и Ратобор — всего лишь в белом льняном костюме, слегка замёрз. Его заметно трясло — то ли от холода, то ли от возмущения. Да и мавр — на котором были одеты лишь лёгкая накидка и чалма — застучал зубами.
Но мёрзли они не долго. Смугляк шепнул что-то и снег на поляне вмиг растаял и исчез. А взору лесных гостей открылась пожухлая трава и бурая листва, в обилии устилавшая поляну. Здесь стало тепло.
— Давай, пошевеливайся! — приказал мавр Ратобору. — А то через час снова похолодает. Что я — нанялся вас греть? Где тут мой клад? Доставай! Быстро, быстро!
— Ты забыл, что половина клада принадлежит Аронии? Она же наследница своей матери, с которой мы добыли этот клад и спрятали его тут. Законы знаешь? — зло проговорил Ратобор, стоя под дубом. — Так что ты, Смугляк, можешь забрать только мою половину! Остальное я тебе потом верну!
— Половину? Она, я думаю, будет не против ею со мной поделиться! — возразил Смугляк. — Как ты, девка, согласна поменять свою половину на целую бабку? — ухмыляясь, спросил он у девушки. Та молчала. — А, я ж забыл! Теперь говори! — разрешил он, махнув рукой.
И та отмерла, с трудом поднявшись с земли.
— Я не девка! — гневно заявила получившая возможность возразить Арония. — А клад мне ваш и даром не нужен! Делайте с ним, что хотите! Хоть на семерых делите! Но у меня есть одно условие — Полину Степановну верните мне немедленно! Может, у вас её вообще нет? — сверкнула она глазами. — И вы всё врёте!
Честно говоря, её сейчас окружали такие злыдни, что она даже не врила, что когда-нибудь увидит свою бабулю живой.
Вот что клады с людьми делают!
— Не веришь? — нагло ухмыльнулся Смугляк. — Правильно делаешь! Я б тоже не верил.
— Не верю! — кивнула Арина. — И вообще — я на клад вообще прав не предъявляла, а вы меня шантажировать принялись! Делите свой клад сами! Я-то тут причём? Где моя бабуля?
— А это не тебе решать — как и что делить. И на скольких делить! — отрезал Смугляк. — Нашлась хозяйка! Вот получу клад, тогда и про бабку твою поговорим.
— Без неё вообще ничего не получите! — сдвинула брови Арония.
Круто завернула! Хотя ни на одну сотую процента не знала — что там за клад в земле таится и как его оттуда добывают? Но главное ведь — не давать в этом врагам усомниться!
«Никогда и никому не показывай, что ты слаб или нерешителен. Воспользуются и растопчут. Уважают только силу. Ошибка может стоить тебе жизни».
— Вот заладила — отдай да отдай! Какая настырная девка! — буркнул Смугляк и щёлкнул пальцами. — Ну, вот тебе твоя бабка! Забирай её! Не до тебя тут!
— Я не девка! — чуть слышно прошептала — так, чтобы мавр её не слышал, а то ещё передумает.
И тут на поляне появилась Полина Степановна.
На ней было её новое бальное платье — бирюзовое в пол, и лаковые туфли на танкетке. На этой лесной поляне, покрытой пожухлыми листьями, она смотрелась прямо-таки королевишной! Видно, в тот момент, как Смугляк её умыкнул, она примеряла дома это добро, в котором выступала с бальной студией. Туфли-то на ней новые, ни разу не надёванные.
Полина Степановна с недоумением осмотрелась и заявила:
— Арониюшка, и ты тут? Какой мне сегодня странный сон снится! То я в царских покоях гуляю! Представляешь — в Африке. Теперь вот — в этом заснеженном лесу оказалась. Как интересно! Никогда у меня таких замечательных снов не бывало!
— Да-да, бабуля, это такой сон, — обрадовалась девушка. — Ты пока посиди вот здесь на пенёчке, — указала она на огромный пень неподалёку. Как видно — от дуба, спиленного на дрова. — А потом мы с тобой проснёмся. Дома. И что бы тут не происходило, ты, бабуля, не волнуйся. Это всего лишь сон!
— Хорошо, Аронеюшка. Я и не волнуюсь! Это так интересно — быть в одном сне с тобой вдвоём. Интересно, а он у нас потом совпадёт?
— Ну, после узнаем, — улыбнуласьей Арония.
И Полина Степановна, сев на пенёк, с интересом стала наблюдать за происходящим. Будто она была в кинотеатре.