Домовой аж подпрыгнул.
— Как ето — сгинет, Аронеюшка?
Видала скоко в ём смарагдов многоценных? Скоко золотых зделиев? Дних анпираторских коронов — штук пять! И усё то добро — смарагды и древнюще золото — в землю? — возмутился он. — Енту красоту ремесленники сотворили! Трудов скоко положили! Литьё, гранение, чекань, эмаль! Мать честна! И в земле-то таких каменьев — штук несколько усего лежит! Нехай ить люди смотрют на энти чудеса! Хучь в музее! Хучь на выставке! Да и Калину свободить надоть! — хитро прищурился он. — Шо он — проклятый? Чужи слёзы да кровя на себе нести?
— А что ты предлагаешь? — озадачилась Арония, совсем уж проснувшись.
Какой тут сон, если этот косматый запечный житель всё тут по полочкам расставил? Она ведь — и правда, хотела вычеркнуть эту кладовую историю из своей жизни. Думала — пусть Ратобор со Смугляком сами с этим сундуком дальше разбираются. К тому ж теперь — если Калина спрятал сундук в другом месте, она и вовсе не имеет к нему отношения. Без неё достанут, если что. А Владиславу она сказала бы зщавтра, что клад ей почудился. В мороке она была, который маг Ратобор на неё навёл — купить на драгоценности хотел. А чтоб Чуров и совсем успокоился, сказала б ему, что Ратобор получил отказ и больше домогаться её руки не будет.
И всё было б шито-крыто.
А теперь что?
И правда, ведь — жалко ей Калину. То из-за матери её самоубийцой стал, а теперь — из-за её клада, вечным скитальцем на земле останется… Да и не факт, что Калина вскоре не заявится к ней, предлагая решить судьбу древнего сокровища. Совестливый он, считает, небось, что она хозяка клада…
Михалап, молча, ожидал её решения. Древние часы на стене тикали — уже почти четыре утра. А в голову ничего не идёт…
— В общем, так! — заявила, наконец, Арония. — Будет день, будет и пища! Не дадим Калине пропасть! А значит — и кладу. Я что-то придумаю! Завтра, Михалап, всё решим! А пока — спать!
— Как ето — спать? — возмутился домовой. — А мне куда прикажешь? Я тута агрессор! Захватчик! Тута ить свой подъездный есть — Колясыч. В дитячей коляске на чердаке живёт! Ему ить не ндравится, што я сюда припёрси без зову! Што я ему сказывать должон? У нас ить так не деется — без приглашениев никто из домовиков к подъездным не прётся! — ныл он. — Древня традицья! Деды так завели! У кажного своя телиторья есть! Это — его! Я ить обещался Колясычу, што ты всё порешишь!
— О-о! — схватилась за голову девушка. — Достал ты меня уже! Сказала ж — завтра! Утром я отвезу косметичку с тобой к себе домой! Да и сама, наверное, туда вернусь. Там моя «телиторья»! Так Колясычу и сказывай: в гостях ты тут! На одну ночь! Со мной!
— Во, дело говоришь! — обрадовался Михалап. — На тебя всё и свалю! Обманом заманила — ведь… ведающая, мол, начудила!
— Да говори, что хочешь! — отмахнулась Арония. И, свернувшись калачиком на жёстком, но таком желанном ложе, задремала. — Достал уже…
33
Всё происшедшее накануне, а уж тем более — то, что может ещё случиться, очень встревожило майора Чурова. Он чувствовал — неприятности только начались. Угораздило ж его влюбиться в ведь… ведающую.
Поэтому на другой день майор Чуров — хоть и со скандалом, но взял отгулы на работе. Правда, Мерин пообещал понизить его до лейтенанта. Ведь дело по ювелирке до сих пор ещё не передано в суд, а майор Чуров берёт отгулы за прогулы — без зазрения совести. Мол, один лейтенант Тимошенко в отделе работает, вот его-то, мол, он и поставит старшим. Как только он научится работать, а не время на работе отбывать. Подпол Меренков так орал в своём кабинете, что сотрудники, проходящие мимо по коридору, в сторону шарахались — чуть в окна не выпрыгивали. В общем — если послушать его, то не отделение у Мерина, а сплошные бездельники. За что он им зарплату платит? Иди, мол, уже, Чуров, вон! Можешь назад не возвращаться!
На этой добром и позитивном пожелании майор и выскочил из кабинета начальника. Пока тот не передумал и не заставил его отсиживать на работе — как лейтенанта Тимошенко.
И чего так орал? А ничего, что их отделение считается лучшим в городе, имея грамоты и поощрения от начальства? А Чурову недавно чин повысили за удачно проведённую операцию?