Не ожидавший такой отповеди от Сардейла, Рутгер растерялся. Он хотел услышать от своих друзей слова поддержки и понимания, а вместо этого его отчитали как последнего, нерадивого ученика. Он почувствовал, как в груди заклокотал гнев, и чтобы как-то унять его, надолго припал к кружке с взваром. Нельзя давать злости выплеснуться наружу. Что может быть хуже, чем не сдержанный, вспыльчивый воевода? Это может сулить отряду только одно – смерть.
– Что же мне теперь делать? Пойти поговорить с Эвгурном? Но что я ему скажу? Его сердце треснуло, я это почувствовал, и он вряд ли меня будет слушать.
– Я сам с ним поговорю. – Произнёс царь россов. – Вы видите только две стороны медали, но никто из вас не догадывается, что есть ещё и третья.
– Что ты ему скажешь?
– Я буду взывать к его благоразумности. – Аласейа скромно улыбнулся, и допил из своей кружки остатки взвара.
– Воевода Рутгер!
Перед Стальным Барсом как из-под земли вырос гаарский шаман. Он нисколько не изменился со вчерашнего дня. Всё те же спутанные волосы в мелких косичках, перемазанное сажей лицо, и всё тот же грязный, рваный халат. Шаман поклонился, и, дождавшись кивка воеводы, заговорил:
– Я немного знаю эти места, и могу посоветовать, где можно перейти Чёрный Лес с наименьшими потерями.
– Говори. – Мрачно приободрил гаара, Стальной Барс. Он был рад отвлечься от своих безрадостных мыслей на проблему, какая не давала ему покоя уже долгое время. Чёрный Лес! Его населяли страшные, и загадочные твари, и с ними виги воевали многие сотни лет. Лес, заселённый ими, являлся своеобразной границей между землями гааров, и заулов, чьи племена входили в Северный Союз. У вигов существовала даже поговорка: всё, что в лесу и за лесом – враги, дальше на севере – только друзья.
– Недалеко отсюда находится древняя дорога Вальпира, и я смогу показать её. Я знаю, где она находится!
– Не может быть! – Воскликнул Сардейл, и засмеялся. – Все знают, что это всего лишь легенды, и такой воевода никогда не существовал в стране Лазоревых Гор!
– Подожди. – Остановил ветерана взмахом руки Рутгер. Он посмотрел в глаза шамана, словно хотел там разглядеть скрытую насмешку, но увидел только преданность. – Что ты знаешь о Вальпире?
Согласно легенде, триста лет назад, когда страна Лазоревых Гор ещё торговала с народами, находящимися на юге Обитаемого Мира, купеческую дорогу через Чёрный Лес охраняла полусотня из клана Стремительной Рыси, под предводительством воеводы Вальпира. В тот день на какой-то караван напало две сотни «тёмных», и они бы, несомненно, уничтожили всех, если бы не полусотня вигов. Они смогли отбить сокрушительную атаку тварей, обитающих в Чёрном Лесе, и довели остатки каравана до Вольфбура. Что случилось дальше, так и осталось загадкой. Воевода Вальпир был проклят каким-то сильным колдуном «тёмных», у коего в той битве погиб сын. Всю дальнейшую жизнь его преследовали неудачи, а потом он вообще перешёл на сторону врага. В летописях об этой нелицеприятной истории страны Лазоревых Гор не упоминалось, но легенда всё же жила, передаваясь из поколения в поколение, из уст в уста.
– Его имя проклято, и всё же он существовал, и дорога через Чёрный Лес, что он охранял, действительно самая короткая. Всего тысяча шагов, и мы окажемся в Гаарии!
– Всего? – Рутгер усмехнулся. – Надо ещё как-то преодолеть эти тысячу шагов. «Тёмные» никогда не спят, и ревностно охраняют свою территорию. В любом случаи нам придётся пробиваться с боем. Откуда я могу знать, что ты не лжёшь?
В глазах шамана скользнуло недоумение, растерянность, и он упавшим голосом проговорил:
– Йеге всегда говорит правду. Виги спасли ему жизнь, и он хочет отплатить им тем же. Зачем мне говорить не правду? Разве я не хочу выжить, и не попасть на обед тварей из Чёрного Леса?
– Хорошо. Ты поедешь в голове отряда, и покажешь дорогу. Герфур, труби в боевой рог! Мы выдвигаемся!
* * *
Солнце клонилось к полудню, и уже нещадно палило землю, словно хотело отдать всё то тепло, какого так ждали люди, пока шёл дождь. В бездонном небе не было видно ни облачка, и если оглянуться, то на горизонте можно было разглядеть белоснежные пики ледников страны Лазоревых Гор.
– Ты что-нибудь слышишь? – Почему-то шёпотом спросил Рутгера царь Аласейа, и ему захотелось ответить так же, тихо, будто боясь услышать звук своего голоса.