– Ты не доверяешь нам?
– А разве ты доверяешь мне? Я вижу у тебя за поясом жезл воеводы, а тебе ещё слишком мало лет. Неужели воины доверили столь большой пост мальчишке?
– Твои глаза не обманывают тебя. Мне действительно ещё всего двадцать лет, но меня выбрали воеводой на Совете Воинов! И клянусь Бессмертным Тэнгри, я уже успел доказать, что виги выбрали меня не зря!
– Так ты Рутгер – Стальной Барс! Как же я сразу не догадался! – «Тёмный» чуть кивнул. – Моё имя ты не сможешь произнести, а в переводе на ваш язык оно звучит как Мёртвая Голова.
Воевода повёл головой, и, приподняв кубок, пригубил. «Тёмный» чуть помедлив, сделал то же самое. Несколько мгновений он помолчал, словно наклонив голову, прислушивался к впечатлениям, что оставило у него вино, и заговорил:
– Наши земли полны противоречивых слухов о тебе. Твой подвиг у Волчьих Ворот заставляет восхищаться любого воина!
– Это мог сделать любой боец из клана Снежных Барсов. – Скромно проговорил воевода, и снова отпил из кубка. Только сейчас он почувствовал, как безумно ему хотелось пить, а прохладное, батгейским вино приятно пощипывало непослушный, распухший язык.
Мёртвая Голова усмехнулся, и в два глотка допил содержимое кубка. Чуть подумав, он протянул его, и Рутгер наполнил чашу до краёв:
– У вигов всегда было хорошее вино. О чём же ты хотел поговорить со мной? Виги и дхоры никогда не вели переговоров. Я удивлён, и в то же время сгораю от любопытства.
– Мы хотим перейти Чёрный Лес.
Дхор рассмеялся. Это был странный смех. Какой-то не человеческий, кашляющий, и зловещий. Так могут смеяться только порождения дьявола.
– Что тебе нужно в стране гаар? Виги искусные воины, бесстрашные и сильные, но твой отряд всё равно мал, чтобы преследовать и уничтожить челман. Что ведёт тебя вслед разбитому врагу?
Рутгер подумал, что глупо скрывать от «тёмного» то, что скоро будет известно каждому в этой части Обитаемого Мира, и сказал:
– Мы идём в степи, чтобы найти убежище Древних Богов.
В глазах дхора мелькнуло неподдельное изумление, и о чём-то раздумывая, он надолго замолчал. Наконец, придя к какому-то решению, проговорил:
– Я вижу в тебе нечто большее, чем воеводу. Тебя ждёт большое будущее. Кто же ты на самом деле?
– Я – тот, при ком страна Лазоревых Гор достигнет своего наибольшего расцвета. Я – тот, кто объединит все народы, и сделает их равными в правах.
– Смелое заявление! А что же будет с дхорами?
– Вы сами решите, что вам делать. Я хочу возродить договор Вальпира, и жить в мире со своими ближайшими соседями. Никто не собирается вас уничтожать, и вести какую-нибудь войну.
– Виги всегда видели в нас врага. Было время, когда мы были на грани исчезновения, но сумели возродиться. Теперь нас много, и мы представляем могучую силу, какую не так просто сломать. Мы не можем отходить далеко от Чёрного Леса, солнце может убить нас, зато здесь, мы полновластные хозяева. Дхоры представляют большую опасность для людей. Неужели виги смиряться с этим, и будут жить в согласии с людоедами?
Вот что не давало Стальному Барсу покоя! Вот что он, как ему казалось, упустил! Последние слова Мёртвой Головы обдали жаром, и воевода внимательно посмотрел в его глаза. Он не знал, и не понимал, что хотел увидеть в них. Просто почувствовал, что ему это необходимо.
– А разве «тёмные» людоеды? Насколько я знаю, на местах сражений просто не находили трупы павших воинов. Дхоры уносили их с собой. А для того, чтобы сожрать, или похоронить, то это уже известно только им самим.
Вождь «тёмных» мгновение рассматривал Рутгера, потом оскалив зубы, засмеялся, и, сделав стремительный шаг вперёд, хлопнул его по плечу, едва не опрокинув на землю:
– Ты слишком молод, но очень мудр! Ты умеешь видеть то, что никогда не заметят другие! Мы сможем договориться, и я пропущу твой отряд через Чёрный Лес!
* * *
Глава 3.
Лорд Фельмор так долго и тщательно готовился к этой встрече, что уже начал сомневаться, а состоится ли она вообще когда-нибудь? Как это ни странно, но он почувствовал какое-то лёгкое волнение, и поймал себя на мысли, что волнуется как мальчишка. Он вкладывал в это какой-то особый смысл, и ждал, что после этого дня всё изменится. Что встреча с двоюродной сестрой и её десятилетним сыном изменят всю его жизнь, и его затухающий костёр существования обретёт новую силу.