Савгон обвёл взглядом своих старых, боевых товарищей. Кто-то прятал глаза, будто был виноват в происходящем, кто-то в тяжёлом раздумье перебирал рукоять меча, кто-то оглаживал холодную сталь секиры.
Молчать больше не было сил, и вождь заговорил, опустив все старые традиции и обряды:
– Лорды всё-таки решились развязать войну против народа страны Лазоревых Гор. Вы только что слышали, что они приняли но-вый закон, позволяющий им ввести в наши города иноземное войско, и использовать его по собственному усмотрению, не советуясь с Владыкой Альгаром. – Савгон помолчал, собираясь с мыслями, пережидая, пока отступит боль в простреленном плече, и продолжил: – Они показали своё истинное лицо, впрочем, о нём мы знали уже давно. Я собрал вас здесь для того, чтобы принять решение, как поступить дальше. Что нам делать? Смириться, или взять в руки мечи, чтобы отстоять свою свободу?
Воины зашумели. Каждый хотел крикнуть что-то своё, и от этого в зале поднялся шум, что невозможно было перекричать кому-то одному. Так было всегда. Перед тем, чтобы предложить что-то дельное, виги всегда шумят, словно этим хотят выразить своё праведное негодование.
Наконец, когда крики утихли, вождь клана заговорил снова:
– Два дня назад на меня было совершено покушение. Сивды, посланные лордом, из лука прострелили мне плечо. Засада была перебита, но мы ещё не уплатили долг крови самому лорду.
– Ты, вождь, предлагаешь нам выступить в поход на лорда Сатвела? Мы все правильно поняли твои слова?
– Да. Я предлагаю поход. – Савгон посмотрел на ветеранов. Те переглядывались между собой, и пока не решались что-либо сказать. Вождь понимал их. Он знал все их мысли, как знал и то, о чём они могли думать. – Я знаю, что вас сдерживает, и никого не тороплю с ответом.
– Клан ещё слишком слаб после войны с челманами. Мы потеряли половину опытных воинов, а отроки ещё недостаточно сильны, чтобы встать в строй! С таким войском мы обречены на поражение!
– Ильмар, я это прекрасно понимаю. – Снисходительно улыбнулся Савгон. – Послушайте, что я скажу. На всех вождей кланов были совершены покушения. В этом я уверен совершенно точно, только пока не знаю с какими последствиями. Все вожди горят жаждой мести, как и я! Если мы объединимся, то сможем потягаться с многочисленным войском сивдов.
– А Тайная Стража Фельмора? Лорд повысил им жалование, так неужели они пойдут против своего хозяина?
– Борвир! Страна Лазоревых Гор – родина для харвеллов, и ради будущего своих детей они поддержат вигов, а не лордов и сивдов. Неужели ты думаешь, что они не понимают, что творится в наших горах? Неужели ты думаешь, что они так недалёки, что ради этой подачки пойдут за лордом? Даю слово, что Тайная Стража будет с нами.
– Как же перманы? Когда их войско вступит на нашу землю? Когда сивды и перманы объединятся, то нам их будет не победить!
– Да, это верно, но и сейчас нападать на сивдов это равносильно самоубийству. Земли перманов далеки от страны Лазоревых Гор, так что пара месяцев у нас есть. За два месяца мы успеем подготовиться, объединиться, и послать гонцов к своим давним союзникам-россам.
– Наместник Иштер не рискнёт на ввод войска в наши горы. Он слаб характером, к тому же, по законам россов он не может куда-то посылать воинов в отсутствии законного царя!
– Чтож, мы дождёмся царя Аласейа, когда он вернётся со Стальным Барсом, из степей.
– Может он уже давно погиб!
– И это не исключено. Но у нас есть ещё два месяца, и если за это время Рутгер не вернётся, то мы выступим без него силами, что успеем собрать.
– Как же дивы и кверки? Разве они нас не поддержат?
– Дружба с лесными народами держалась на военном вожде Балвере. Теперь он мёртв, и его трон до сих пор пуст. У нас много благородных мужей, достойных занять его место, но ни один из них не хочет взять на себя такую ответственность. Никто не хочет, чтобы в случаи неудачи потомки проклинали его имя.
– Я слышал, что Балвер готовил себе преемника из клана Снежного Барса? Почему бы нам не посадить его на трон военного вождя?