Гаарка густо покраснела, и Рутгер снова усмотрел в этом нечто привлекательное и симпатичное. Мысленно он одёрнул себя, и призвал свой разум не отвлекаться на совсем посторонние вещи, а сосредоточиться на грозящей опасности дружине.
Он легко вскочил в седло коня, и, тронув поводья, направил его в начало выстроившегося обоза. Он вглядывался в лица воинов, и пытался разглядеть в них то, что могло выдать их мысли. Впрочем, особого дара для этого и не требовалось. Всё было ясно и так. Все ждали боя не на жизнь, а на смерть. Но больше всего настораживало то, что противником на этот раз были не люди какого-нибудь воинственного племени, а звери, похожие на огромных волков, и называемые мутантами. Никто не знал, чего от них можно ожидать, насколько они опасны, и именно вот эта неизвестность вселяла в сердца такую непередаваемую словами тревогу.
* * *
Соргай спрыгнул с телеги, достал засапожный нож, взрезал небольшой клочок дёрна, зачерпнул ладонями земли, и, поднеся к лицу, понюхал. Удовлетворённо улыбаясь, он отряхнул длинные, густые усы, и проговорил:
– Хорошая земля. Жирная, живая. Здесь можно просто палку воткнуть, и ждать урожая. Эх, засеять бы эти поля пшеницей!
В его голосе было столько сожаления, что эта земля принадлежит не ему, что Рутгер невольно улыбнулся, и оглянулся на заула:
– Скучаешь по плугу?
– Есть немножко. – Стрелок тяжело вздохнул, запрыгнул в телегу, взял из рук другого воина свой арбалет, внимательно осмотрел его. – Вам вигам никогда не понять старого заула, когда-то выращивающего хлеб.
– Это почему же?
– Вы – люди меча. Искусство войны у вас в крови. У вас и бог такой, что привечает воинов павших только в бою. Мы же, заулы, идём в ваше войско, потому что наши хозяйства разоряются, и нам надо как-то кормить свои семьи.
– Почему же такое случается? – Заинтересованно спросил Стальной Барс, не забывая оглядываться вокруг, и пытаясь удержать в поле зрения и ручей, вдоль какого двигался отряд, и опушку небольшого леска, и видимую линию горизонта, откуда, возможно могли нагрянуть мутанты. – Я слышал, что выращивать хлеб прибыльное дело.
– Так-то оно так, да только не в стране Лазоревых Гор. Ты, воевода ещё молод, и многого не знаешь.
– Чего же я не знаю?
– Знаешь ли ты Новые Законы, принятые нашими уважаемыми лордами не так давно? – Слово «уважаемыми» было произнесено с таким пренебрежением и сарказмом, что Рутгер улыбнулся.
– Нет. Я никогда не интересовался ими, если это не касалось самого меня. – Сразу же вспомнилось, как его осудили на три года рудников, и штрафу в тысячу золотых за то, что он взял с хранилища лорда Кирфера сто бочек земляного масла для обороны Волчьих Ворот, и не заплатил за них. – Расскажи, и я буду знать. Очень скоро мне это может пригодиться.
Соргай оценивающе посмотрел на Стального Барса, будто прикидывал, можно или нет, ему доверять, и повёл свой рассказ:
– Я не всегда был арбалетчиком, хотя и с самого детства умел хорошо стрелять. Как все виги хорошо владеют мечом, так и почти все заулы прилично умеют пользоваться арбалетом и луком. Я шёл в войско военного вождя Балвера наёмным стрелком, а когда война кончалась, возвращался домой. У меня был большой надел земли, щедро одаривающий меня зерном. На нём я и трудился со своей семьёй. Всего хватало, и я жил в достатке. Но наши умудрённые жизненным опытом лорды издали закон, по какому за владение землёй каждый месяц, кроме оброка зерном, я должен платить ещё и золотом. Я молчал, ведь не это самое страшное. Самое главное, что я всегда мог выгодно продать свой урожай и выручить несколько монет на жизнь. Так бы, наверное, и продолжалось, но ведь лордам этого показалось мало, и они издали ещё один закон! Вот тогда разорился не я один, а многие десятки, если не сотни заулов.
– Что же это за закон?
– Они повысили пошлины на продаваемое зерно.
– Что-то я не совсем понимаю, что это может значить. – Признался Рутгер. – Объясни подробнее!
Соргай уничтожающе посмотрел на воеводу, словно удивлялся, как такое можно не знать и не понимать, и продолжил:
– Всё очень просто! Чтобы торговать зерном ты платишь двадцать золотых, хотя сам наторговываешь от силы на тридцать монет. А куда я с такими деньгами? Ты же сам знаешь, как у нас растут на всё цены…
– Неужели нет никакого выхода? – Спросил Стальной Барс, пытаясь сопоставить услышанное, и что-то помнящий из уроков Хранителя Очага Бессмертного Тэнгри.