– Да, эта страна богата, но не думаю, что люди, живущие в ней безмерно счастливы. – Заметил царь россов. – Не забывай, что здесь есть рабы и разбойники!
– Так что с того? Может у страны Лазоревых Гор потому столько врагов, что у нас никогда не было рабов? Взятые в полон, работают на рудниках не более двух лет, а потом, получив горсть золота, отпускаются домой, где становятся богатыми людьми! Они рассказывают о том, что видели, и это способствует тому, что у нас появляются новые противники, ещё более жадные и жестокие! Мы слишком добры к врагам!
Аласейа улыбнулся, и покачал головой:
– Очень скоро ты поймёшь, что не прав. Нельзя править страной с таким ожесточением в сердце. Разве это завещали нам Древние Боги? Своей гибелью они показали нам, что смерть рождает смерть, а жестокость рождает жестокость.
– Скажи об этом нашим лордам! – Усмехнулся Стальной Барс. – Они же могут тиранить вигов! Разве они послушают твоих доводов, и вдруг сразу изменятся? Их может исправить только меч, да и то, если сделает их короче на голову! – Воевода оглянулся, и напрямик спросил: – Что с тобой? Раньше ты не был таким! Что на тебя так подействовало?
– Просто я кое-что понял.
Виг в седле повернулся к россу, и заинтересованно посмотрел на него. Что же он такое понял, что это его так изменило? Рутгер не собирался следовать примеру царя, но любопытство его прямо таки раздирало на части.
– Что же ты понял?
– Я не смогу этого объяснить. Я не знаю таких слов, чтобы передать тебе то, что у меня на сердце.
Запах гари появился как-то внезапно, вдруг, а вскоре показался и его источник. На краю поля, засаженного какими-то фруктовыми деревьями, недалеко от дороги, возвышался каменный помост, где что-то догорало, источая тошнотворный запах. Воевода сразу понял, что совсем недавно здесь произошла казнь, и человека убили самым жестоким способом – сожгли живьём. Вокруг помоста стояло несколько крестьян, видимо тех, кто ещё не успел уйти на работы, в окружении воинов с большими, красными щитами в форме овала. Они не были похожи на приграничную стражу Микона, и Стальной Барс подъехал ближе, чтобы разглядеть их лучше, и узнать, кого здесь совсем недавно сожгли.
Немногочисленная толпа одетых в грязные лохмотья крестьян безропотно расступилась, и дорогу коню воеводы преградил воин в посеребрённых чешуйчатых доспехах, в остроконечном, высоком шлеме. Точно такой Рутгер видел на картинке в древней книге, найденной в Мёртвом Городе. О чём там говорилось, виг не знал, но догадался, что там рассказывалось о том, как жили люди ещё до того, как стали Древними Богами. Там рассказывалось о том, что было многие тысячи лет назад.
Рус, удивлённо осмотрел неведомого воина с ног до головы, и спросил, с трудом подбирая слова, с оглядкой на своих товарищей, сгрудившихся сзади, облачённые в такие же доспехи:
– Не знаю, поймёшь ли ты меня. На вид вроде наш, а кольчуга чужая, да и шелом какой-то звериный, варварский. Кто ты, иноземец?
Воевода улыбнулся, покосившись на свой рогатый шлем, при-вязанный к луке седла, и ответил по-вижски, чем вверг в оцепенение русов:
– Я хорошо тебя понимаю, ведь это и мой родной язык. Я действительно иноземец, как и мои товарищи, пришедшие из-за Проклятых Земель. Моя родина зовётся страной Лазоревых Гор, и находится далеко на севере!
Как только рус справился с потрясением, он спросил, кривя губы в недоверчивой улыбке:
– Ужель такое возможно? Всем известно, что на севере нет ничего, кроме Невидимой Смерти, где она сильна как нигде в Обитаемом Мире!
– Мы тоже так думали, и вот решили немного прогуляться.
– Немного прогуляться? – Переспросил воин, и вдруг захохотал: – Отличная шутка! Странник! Теперь я вижу, что ты такой же рус, как и я, только зачем-то зачернивший свои доспехи! Откуда ты? Из какой провинции? Где носят такие странные шлемы, и щиты цвета огня и неба? Неужто с берегов далёкого Картири?
– Чтож, считай что так… – Стальной Барс пожал плечами. – Что здесь произошло? Кого предали такой жестокой смерти?
– Здесь была не казнь, а очищение. Мы спасли душу ещё одной страшной колдуньи. Только огнём можно пройти очищение, чтобы всепрощающий Бог встретил её на небесах. Мы замешкались с телом, и смогли спасти только душу.
– Что же она сделала? В чём ей вина?
– Разве не достаточно того, что она колдунья? Впрочем, ты же с Картири, и тебе простительно не знать, что в Руссии сжигаются все колдуны и ведьмы, что удастся найти, и на кого укажут крестьяне.