– Аласейа! Никого не убивай! – Вскричал Рутгер, подхватывая с земли обронённую кем-то дубину. – Сними маску!– Потребовал он от одного из поверженных противников, и тот безропотно подчинился, сдёргивая с лица клочок шкуры, в котором были сделаны прорези для глаз. Воевода увидел грязное, юное лицо, перекошенное страхом, и уже мог с уверенностью сказать, кто такие были эти разбойники. От осознания этого у него опустились руки, и теперь он ни при каких условиях не смог бы пустить им кровь.
Бой затих едва начавшись. Да и можно ли было назвать боем избиение нескольких десятков человек, чьё оружие составляли в основном дубины? Никогда ещё виги не одерживали таких быстрых и бескровных побед.
Стальной Барс с улыбкой наблюдал, как воины остриями копий и мечей сбивают в кучу разбойников, и, повернувшись к своему недавнему противнику, спросил:
– Зачем вы напали на нас? Неужели вы на что-то надеялись?
Тот, насупившись, мрачно ответил:
– А что нам было делать? В лесу голодно, и нам было нужно оружие… Эх! Да что тут говорить! – Парень опустил голову, потом тряхнув грязными, русыми волосами, с вызовом почти выкрикнул: – Начинайте!
– Чего начинать? – Не сразу сообразил воевода. В памяти всплыло видение костра, и тошнотворный запах сгорающей человеческой плоти. – Мы не русы, а уж тем более не имперское войско, и никого казнить не будем. Мы пришли из-за Проклятых Земель, из страны Лазоревых Гор.
К Стальному Барсу подошёл один из телохранителей гонца, зажимая правое плечо, и бережно придерживая дрожащей рукой обломок стрелы. На потном, побледневшем лице, не было ничего, кроме приступа бешенства, и он зло, сквозь зубы процедил:
– Господин императорский вестник Эддик требует немедленной казни разбойников! Они дерзнули напасть на неприкосновенное лицо империи, подвергли его опасности, и покушались на само существование Руссии! Да хранит её Господь вечно!
Этого Рутгер не ожидал, но сразу же решил не уступать ни шагу жирному толстяку, и твёрдо, смерив зарвавшегося телохранителя презрительным взглядом, ответил:
– Знай, с кем говоришь, пёс! – Он вытянул из-за пояса жезл воеводы, и продолжил, еле скрывая ярость, мгновенно поглотившей его сердце: – Я не собираюсь выполнять указы многоуважаемого гонца, и мои воины не будут вмешиваться во внутренние дела русов, и уж тем более казнить безоружных мирян!
– Вы их отпустите? – Сразу же понизив тон, озадаченно, и как-то неуверенно спросил телохранитель, встретив такой отпор.
– А зачем они мне? – С усмешкой спросил воевода, и, повернувшись к царю россов, ища у него поддержки, продолжил: – Нам лишние едоки ни к чему! Да и как их удержать без цепей, в полоне?
Последние слова были обращены к разбойнику, и тот их понял правильно. В его глазах загорелось надежда, и даже показалось, что он просветлел лицом. Он посмотрел на своих пленённых сородичей, что-то прикидывая в уме, и громко свистнул. Те начали переглядываться между собой, а воины, как один, занялись своим снаряжением, словно только что были в какой-то ужасно жестокой сече, и доспехи нуждались в срочной починке.
Сначала один, потом сразу двое разбойников вскочили, и в несколько прыжков достигнув леса, скрылись. Никто не чинил им препятствий, и не делал попыток задержать. Скоро пленённые начали о чём-то горячо спорить между собой, и уже целая группа человек в десять, направилась к спасительной темноте леса, чтобы пропасть там, в недосягаемости от воинов.
– Что вы делаете?! – Завизжал гонец Эддик. – Это враги Империи и самого Солнцеликого! Немедленно схватите их и предайте смерти! Вы должны их уничтожить!
– Уважаемый имперский гонец Эддик! – Начал Стальной Барс, направляясь к нему, и помахивая жезлом воеводы. – Я думаю, что не пристало иноземцам вмешиваться в дела русов, к тому же они не убили и не ранили никого из моих воинов!
Эти слова, конечно же, не успокоили толстяка, он ещё больше раздулся, побагровел, и будь его воля, а в руках кнут, он бы тут же пустил его в ход. Эддик с трудом сдерживал себя, чтобы не пустить гарцующего коня на вигов, дрожащими руками подбирал поводья, и видимо не зная, что ещё сказать, зло прошипел, сузив в щёлочки масляные глазки:
– Я слышал, у благородного Стального Барса есть в отряде мутант, а его невеста – ведьма? Как такое возможно? Храбрый воевода, душу твоей будущей жены надо спасти! Я даже могу дать тебе пару советов, как лучше всего это сделать!
По всей видимости, он был уверен, что эта неприкрытая угроза подействует, воевода вигов безропотно подчинится гонцу, и выполнит любое его требование. Да, эти слова были как жестокий удар стрелы в беззащитное сердце, будто душу опалили огнём, и бросили умирать в пыль дороги, но Эддик не учёл того, что эти слова могут так же вызывать и ярость. Рутгер схватил коня гонца под уздцы, и прежде, чем успел что-либо подумать, ответил, коснувшись рукой рукояти меча, торчащего из-за спины: