– Что ты здесь делаешь? – С угрозой спросил жрец. – Я же ещё утром отправил младшие группы в горы! Зачем ты остался?
– Я хочу сражаться за страну Лазоревых Гор! – Воскликнул отрок с вызовом, и в его голосе старик услышал решительность, что никто бы не смог сломить. Он сразу же понял, что отсылать его куда-то бесполезно, и что он всё равно вернётся назад, чтобы разделить все опасности битвы со своими старшими братьями.
– Кто же ты?
– Я – Родфил, из клана Чёрных Медведей! – С гордостью ответил мальчик, высоко подняв голову.
– Вот что, Родфил, из клана Чёрных Медведей… – Хранитель сумел подавить улыбку, чтобы его голос звучал без всякой усмешки, а доверительно, как у равного с равным: – Ты ещё слишком мал, для этого меча, и не сможешь найти в себе силы, чтобы отразить удар опытного воина, но я думаю, что ты сможешь провернуть коловорот арбалета, и пустить стрелу точно в цель. Не так ли?
– Да, учитель. Я уже научился хорошо стрелять!
– Вот и отлично. – Жрец взял меч из руки Родфила, и, почувствовав давно забытую тяжесть стали, поднял его вверх, указывая на одну из башен, откуда монахи обстреливали войско перманов, прикрывшееся большими квадратными щитами, шедшее на приступ. – Иди! Там найдётся для тебя работа, и береги себя!
Последние слова учитель прокричал уже в спину убегающего отрока. Эх, ему хотя бы часть жизненной силы бьющей из тела мальчишки! Это бы ему сейчас очень здорово пригодилось.
Едва выглянув за каменный зуб стены, высотой в человеческий рост, Хранитель сразу понял, что всё, что он видел до этого, не самое страшное. Самое страшное сейчас находится внизу! То, что кричит, размахивает мечами, тащит к стенам лестницы, и уже совсем готово убить каждого, кого встретит, когда ворвётся во внутренний замок. Нет, пощады не будет никому! Взбешённые упорным сопротивлением каких-то монахов, враги не пожалеют никого, и скорее всего, будут искать каждого, кто сможет выжить после штурма. Ведь этот позор нужно будет смыть кровью! Ещё бы! Уже несколько дней перманы безуспешно идут на приступ, и несут большие потери, подумать только, от монахов Храма Бессмертного Тэнгри, что, как они думали, умеют только молиться! Они и не догадывались, что быстрый, молниеносный штурм обернётся для них длительной, кровавой осадой.
Всюду, куда падал взор Хранителя Очага, были враги. От самых стен внешнего замка, кое-где уже разрушенных, и до кромки леса, всё это пространство было заполнено перманами. О, Бессмертный Тэнгри! Сколько же их тут? Несколько сотен, или счёт можно смело перевести на тысячи?!
Человеческий глаз не мог уцепиться за что-то одно, и как-то выделить это из копошащейся, блестяще-пёстрой, муравьиной массы. Теперь жрец не сомневался в том, что перманы не уйдут, пока не разрушат Храм. Если раньше где-то в глубине души ещё теплилась надежда, что после нескольких неудачных атак варвары плюнут на всё, и отойдут, то теперь ни у кого не было сомнений, что они будут стоять до конца, и, в конце концов, всё равно ворвутся во внутренний замок, хотя бы и по трупам своих соплеменников.
Они придавали взятию замка большое значение! Храм Бессмертного Тэнгри символ страны Лазоревых Гор. Падёт замок, и с вигами будет проще справиться. Здесь собраны все артефакты Древних Богов, когда-либо найденные в Мёртвом Городе, представляющие собой не меньшую, а то и большую ценность, чем всё вместе взятое золото, что ещё можно найти в горах. Здесь находится Красная Стена, где высечены имена Героев давно ушедших эпох, которой поклоняются воины, и так жаждут, чтобы их имена были там же, осенённые славой великих предков.
По раздающемуся шуму, доносящемуся от подножия стены, Хранитель понял, что там скопилось уже немало врагов. Ещё несколько мгновений, и время будет упущено! Когда перманы установят лестницы, и полезут по ним вверх, то ловушка не сработает, а за ней не сможет разрядиться и следующая! О, Бессмертный Тэнгри! Что же монахи медлят? Ведь он давно приказал приготовить сюрпризы для противника!
Словно услышав его мольбы, стена дрогнула, и через несколько ударов сердца, весь первый ряд каменных блоков от фундамента до зубцов с грохотом обрушился вниз, похоронив под обломками так неосторожно приблизившихся к Храму врагов. Поднялась густая пыль, и было совсем невозможно что-либо разглядеть. Только серое, непроницаемое облако, застилающее солнце, и крики тех, кто навечно остался лежать внизу.